Применение меглюмина натрия сукцината в интенсивной терапии диабетического кетоацидоза у детей школьного возраста

© А.А. КОЗЛОВ, А.Е. ЗАВЬЯЛОВ, А.Н. ЕМЕЛЬЯНОВ, Д.С. ДОНСКИХ, А.А. САМСОНОВ, А.А. БЕДАРЕВ, И.А. ЧУЙКОВА, Д.А. ТЕРЕНТЬЕВ

КГБУЗ «Алтайский краевой клинический центр охраны материнства и детства», Алтайский край, Барнаул, Россия

РЕЗЮМЕ

Вопрос выбора оптимальной инфузионной терапии для лечения диабетического кетоацидоза (ДКА) у детей остается нерешенным. Не получены достаточные доказательства преимущества использования какого-либо из кристаллоидных растворов в детской популяции.

Цель исследования. Оценить эффективность применения раствора меглюмина натрия сукцината 1,5% у детей с диабетическим кетоацидозом умеренной и тяжелой степени.

Материал и методы. В наблюдательное исследование включали пациентов в возрасте 7—17 лет с ДКА умеренной и тяжелой степени. Все пациенты (n=60) поступали в отделение реанимации и интенсивной терапии (ОРИТ) и получали стандартную инфузионную терапию. Участникам основной группы (n=30) дополнительно вводили раствор меглюмина натрия сукцината 1,5% в дозе 10 мл на 1 кг массы тела в сутки. Эффективность лечения оценивали по срокам разрешения ДКА и доле пациентов, достигших компенсации за 24 и 48 ч лечения. Дополнительно исследовали динамику лабораторных показателей. Для статистической обработки данных применяли методы логистической и линейной регрессии.

Результаты. За первые 24 часа терапии получено разрешение ДКА у 90% пациентов основной группы и у 60% пациентов контрольной группы (p<0,001), за 48 ч — у 100% участников обеих групп. У пациентов основной группы до разрешения ДКА проходило 16,5 ч, продолжительность лечения в ОРИТ составила 20,0 ч, восстановление сознания происходило через 4,0 ч. У пациентов контрольной группы соответствующие временные показатели составили 24,0, 29,2, 8,0 ч (p<0,001). Включение раствора меглюмина натрия сукцината 1,5% в схему терапии позволило достичь восстановления кислотно-основного состояния через 12 ч от начала лечения (p<0,05).

Заключение. Получены доказательства превосходства применения раствора меглюмина натрия сукцината 1,5% в составе инфузионной терапии у детей школьного возраста с диабетическим кетоацидозом средней и тяжелой степени тяжести. Клинические и лабораторные симптомы диабетического кетоацидоза у пациентов основной группы разрешались быстрее, что позволяло сократить продолжительность пребывания в отделении реанимации и интенсивной терапии.

Ключевые слова: сахарный диабет, диабетический кетоацидоз, кристаллоидный раствор, инфузионная терапия, раствор меглюмина натрия сукцинат 1,5% (Реамберин).

ИНФОРМАЦИЯ ОБ АВТОРАХ:

Козлов А.А. — orcid.org/0009-0003-9121-031X

Завьялов А.Е. — orcid.org/0000-0002-4415-6344

Емельянов А.Н. — orcid.org/0009-0007-2570-1742

Донских Д.С. — orcid.org/0009-0004-6794-0416

Самсонов А.А. — orcid.org/0009-0009-6706-7772

Бедарев А.А. — orcid.org/0009-0007-0639-1988

Чуйкова И.А. — orcid.org/0009-0008-9203-0130

Терентьев Д.А. — orcid.org/0009-0004-9493-9357

Автор, ответственный за переписку: Козлов А.А. — e-mail: artem_kozlov_101991@inbox.ru

КАК ЦИТИРОВАТЬ: Козлов А.А., Завьялов А.Е., Емельянов А.Н., Донских Д.С., Самсонов А.А., Бедарев А.А., Чуйкова И.А., Терентьев Д.А. Применение меглюмина натрия сукцината в интенсивной терапии диабетического кетоацидоза у детей школьного возраста. Анестезиология и реаниматология. 2025;6:86-93. doi.org/10.17116/anaesthesiology202506186

Введение

Диабетический кетоацидоз (ДКА) является опасным для жизни осложнением сахарного диабета (СД) 1 типа (СД1) [1]. На фоне резкого повышения уровня глюкозы у пациента нарастает концентрация кетоновых тел в крови и моче, развивается метаболический ацидоз, что может приводить к дегидратации организма, гипоперфузии тканей и органов и нарушениям сознания различной степени тяжести. Пациенты с ДКА нуждаются в экстренной госпитализации и проведении интенсивной терапии [2].

Основная причина инвалидизации и смертности детей с СД1 — ДКА. Частота развития ДКА у детей с СД1 зависит от демографических и социально-экономических факторов и варьирует от 13 до 80% [3—7]. В экономически развитых странах смертность от ДКА приблизилась к 1,0%, тогда как в странах со средним и низким уровнем развития здравоохранения может достигать 13% [3, 8, 9]. В Российской Федерации за период с 2010 по 2022 г. отмечен рост распространенности СД1 в 1,31 раза: со 146 до 191 случая на 100 тыс. населения [10].

Ведущей причиной летальных исходов при ДКА является отек головного мозга. Развитие данного осложнения может повлечь летальный исход у каждого четвертого пациента с ДКА [2, 3, 11]. У 10—25% пациентов, перенесших ДКА, сохраняются резидуальные изменения центральной нервной системы [1, 12—14].

Успех лечения детей с ДКА достигается за счет своевременной грамотно составленной инфузионной терапии, инсулинотерапии и коррекции водно-электролитных нарушений. Кроме того, важно добиться нормализации энергетического баланса клеток и организма в целом [12].

До настоящего времени нет единого мнения по поводу оптимальной инфузионной терапии в лечении детей с ДКА [2]. Дискуссия ведется о составе инфузионной терапии, ее объеме и скорости введения [1—3, 14, 15]. С одной стороны, кристаллоиды обладают химическим составом, близким к составу внеклеточных жидкостей, полностью метаболизируются и выводятся. С другой стороны, являясь основой инфузионной терапии при ДКА, они не лишены недостатков в основном за счет разности концентраций ионов в растворах и в плазме. Инфузия кристаллоидных растворов в больших объемах сопровождается риском развития таких осложнений, как гиперхлоремический метаболический ацидоз, снижение функции почек с олигурией и замедление коррекции ацидоза [16, 17]. Сбалансированные кристаллоиды по своему составу в разной степени приближены к таковому плазмы крови человека. Но ни один из используемых в арсенале клиницистов растворов не соответствует ей в точности, а их сравнительное влияние на клинические результаты интенсивной терапии ДКА у детей остается в значительной степени неизвестным. Перспектива использования персонализированной инфузионной терапии с учетом клинических и лабораторных показателей пациентов сталкивается с отсутствием четких рекомендаций в отношении выбора между доступными сбалансированными растворами и их комбинациями [18, 19].

Раствор меглюмина натрия сукцината 1,5% (торговое название Реамберин, производитель ООО «Научнотехнологическая фармацевтическая фирма «ПОЛИСАН», Санкт-Петербург, Россия) представляет собой сукцинатсодержащий сбалансированный полиионный раствор с антигипоксическим и дезинтоксикационным действием [20]. В клиническом исследовании с участием взрослых пациентов с СД1 и СД 2 типа (СД2) продемонстрированы преимущества препарат в лечении кетоацидоза по сравнению со стандартной терапией раствором натрия хлорида 0,9% (0,9% NaCl) [16]. Однако данных об эффективности меглюмина натрия сукцината у детей с СД1 недостаточно.

Цель исследования — оценить эффективность применения раствора меглюмина натрия сукцината 1,5% у детей с диабетическим кетоацидозом умеренной и тяжелой степени.

Материал и методы

В открытое проспективное сравнительное наблюдательное исследование с параллельным дизайном включены пациенты в возрасте 7—17 лет, госпитализированные в период с июня 2023 г. по январь 2025 г. в отделение анестезиологии и реанимации КГБУЗ «АККЦОМД» (г. Барнаул) с ДКА умеренной и тяжелой степени, являющегося первым проявлением СД1 или следствием его декомпенсации. Диагноз ДКА средней и тяжелой степени устанавливали на основании следующих клинических и биохимических критериев [2, 3]: уровень глюкозы плазмы >11 ммоль/л; pH<7,2; бикарбонат <10 ммоль/л; кетонемия или кетонурия; признаки дегидратации.

Пациентов не включали в исследование при наличии одного из следующих критериев: введение раствора NaHCO₃; острое почечное повреждение или хроническая болезнь почек (стадия V, скорость клубочковой фильтрации менее 15 мл/мин); сопутствующие заболевания, способные повлиять на течение ДКА; введение глюкокортикостероидов. Пациенты могли отказаться от участия в исследовании на любом из его этапов.

До включения в исследование законные представители подписывали информированное добровольное согласие на участие пациентов в исследовании. Исследование одобрено локальным этическим комитетом КГБУЗ «АК-КЦОМД» (протокол №1 от 22.06.2023).

Все пациенты получали стандартную терапию согласно локальным протоколам. Всем больным при поступлении проводили инфузию раствора 0,9% NaCl в объеме 10— 20 мл на 1 кг массы тела в течение 30—60 мин. Общий объем инфузионной терапии зависел от тяжести ДКА, степени дегидратации, возраста пациента и возможности энтеральной компенсации. В схему стандартной терапии, которую получали все пациенты, входили раствор 0,9% NaCl, сбалансированные кристаллоиды (Стерофундин изотонический, L-малат), растворы глюкозы и калия хлорида.

Внутривенное введение инсулинов короткого действия начинали с дозы 0,05 Ед на 1 кг массы тела в час и корректировали в зависимости от уровня глюкозы крови (шаг изменения скорости введения 0,025 Ед на 1 кг массы тела в час). Целевая скорость снижения уровня глюкозы составляла 2—3 ммоль/л/ч, не более 5 ммоль/л/ч.

Пациенты основной группы в дополнение к стандартной терапии получали раствор Реамберин в дозе 10 мл на 1 кг массы тела в сутки (но не более 500 мл) в соответствии с актуальной версией общей характеристики лекарственного препарата [20]. Препарат назначал лечащий врач до включения пациента в исследование, и его вводили после болюса жидкости параллельно с поддерживающей инфузионной терапией со скоростью 1,0—4,5 мл/мин.

Остальные пациенты составили контрольную группу.

Оценку проводили на пяти этапах: при поступлении, через 12, 24, 48 ч и при переводе из отделения реанимации и интенсивной терапии (ОРИТ).

Лабораторный мониторинг включал:

1) экспресс-анализ гликемии — ежечасно до снижения уровня глюкозы плазмы (ГП) до 13 ммоль/л, затем, при условии стабильности, 1 раз в 3 часа;

2) анализ мочи или плазмы на кетоновые тела — 2 раза в сутки в течение первых 2 суток, затем 1 раз в сутки;

3) Na+, K+ плазмы: исходно, затем минимум 2 раза в сутки;

4) биохимический анализ крови, включая лактат, мочевину, креатинин;

5) анализ кислотно-основного состояния (КОС): 1 раз в 3 часа до стабилизации состояния, затем каждые 6 часов до разрешения ДКА, затем 1—2 раза в сутки до нормализации КОС.

В качестве первичных конечных точек оценивали доли пациентов, у которых ДКА разрешился в течение первых 24 и 48 часов, а также время от начала терапии до момента разрешения ДКА. Считали, что ДКА разрешился при достижении уровня глюкозы плазмы <11,1 ммоль/л и двух из следующих критериев: бикарбонат плазмы >18 ммоль/л, венозный pH>7,3 или анионная щель <12 ммоль/л [2].

Вторичными конечными точками эффективности были: продолжительность внутривенного введения инсулина; длительность восстановления сознания (до 15 баллов по шкале комы Глазго); длительность нахождения в ОРИТ. Дополнительно оценивали динамику уровней электролитов, бикарбоната, лактата, гемоглобина, гематокрита и лейкоцитов крови через 12 и 24 ч от начала терапии; динамика скорости диуреза.

Статистическую обработку и визуализацию данных проводили с использованием среды для статистических вычислений R версии 4.2.2 («R Foundation for Statistical Computing», Австрия). Описательные данные для количественных переменных представлены в виде среднего и стандартного отклонения (M±SD), для категориальных переменных — в виде абсолютных и относительных частот. В отношении всех конечных точек, подпадающих под категорию «время-до-события» использовали регрессию Кокса с применением весовых коэффициентов оценки «склонности к лечению» (Inverse Probability of Treatment Weighting, IPTW). В отношении конечной точки «доля пациентов, у которых ДКА разрешился в течение первых 24 часов терапии» использовали логистическую регрессию с применением весовых коэффициентов оценки IPTW. В отношении вторичных конечных точек использовали линейную регрессию с применением весовых коэффициентов оценки IPTW. Критический уровень значимости, по достижении которого отклонялась нулевая гипотеза об отсутствии статистически значимых различий или корреляции, принят p<0,05.

Результаты

В исследование включено 60 пациентов. Исследуемые группы (основная и контрольная) были сопоставимы по численности и основным демографическим, клиническим и лабораторным показателям (табл. 1).

Таблица 1. Исходная характеристика пациентов
Table 1. Characteristics of groups

Примечание. Данные представлены в виде среднего и стандартного отклонения (M±SD); * — различия между группами статистически незначимы для всех показателей (p>0,05); ** — доля пациентов. ИМТ — индекс массы тела; САД — систолическое артериальное давление; ДАД — диастолическое артериальное давление; ЧСС — частота сердечных сокращений.

Объем инфузионной терапии у пациентов основной и контрольной групп представлен в табл. 2.

За первые 48 часов от начала терапии ДКА разрешился у всех детей обеих группах. Доля пациентов, у которых клинические и биохимические показатели позволяли говорить о купировании симптомов ДКА уже в первые сутки, в основной группе была статистически значимо выше: 90% (27 пациентов) и 60% (18 пациентов) в контрольной, p=0,0003. Медиана времени разрешения ДКА у пациентов основной группы составила 16,5 ч, тогда как у пациентов контрольной группы симптомы купировались в среднем к окончанию первых суток лечения (p<0,0001).

Таблица 2. Объем инфузионной терапии на этапах исследования
Table 2. Infusion therapy volume, ml/kg

Примечание. n — количество наблюдений на каждом этапе исследования.

Более быстрые темпы восстановления сознания, водноэлектролитного баланса и кислотно-основного состояния у пациентов основной группы позволяли сократить продолжительность внутривенного введения инсулина и длительность пребывания в ОРИТ по сравнению с показателями у пациентов контрольной группы (табл. 3).

Таблица 3. Показатели времени до наступления изучаемых исходов (первичные и вторичные конечные точки исследования)
Table 3. Time to study outcomes (primary and secondary endpoints)

Примечание. ДКА — диабетический кетоацидоз; ОРИТ — отделение реанимации и интенсивной терапии.

На рисунке представлены кривые Каплана—Мейера, отражающие влияние проводимой терапии на достижение контрольных показателей лечения. В течение первых 12 часов от поступления в стационар разрешение ДКА зарегистрировано у 14 (46,7%) пациентов основной группы и у 1 (3,3%) пациента контрольной группы, через 18 ч — у 25 (83,3%) и 8 (26,7%) пациентов соответственно.

Регрессионный анализ вероятности развития исследуемого события выявил, что включение препарата Реамберин в схему терапии пациентов имело более чем трехкратное преимущество по сравнению со стандартной схемой терапии в отношении времени разрешения ДКА. Кратное преимущество изучаемой инфузионной терапии комбинацией сбалансированных кристаллоидных растворов получено и в отношении продолжительности инфузии инсулина, полного восстановления сознания и длительности пребывания в ОРИТ (табл. 4).

Таблица 4. Данные регрессионного анализа влияния препарата Реамберин на исходы диабетического кетоацидоза
Table 4. Regression analysis of the Reamberin’s effects on DKA outcomes

Примечание. ДКА — диабетический кетоацидоз; ОРИТ — отделение реанимации и интенсивной терапии.

Включение препарата Реамберин в схему терапии детей с ДКА позволило достичь повышения уровня бикарбоната (p<0,0001), снижения уровня лактата (p=0,0091) и лейкоцитов (p=0,0074) крови через 12 ч от начала терапии по сравнению с группой стандартного лечения. Уровни электролитов крови, показатели красной крови и скорость диуреза не зависели от введения изучаемого препарата пациентам (табл. 5, 6).

Таблица 5. Динамика показателей кислотно-основного состояния
Table 5. Acid-base balance

Примечание. n — количество наблюдений на каждом этапе исследования; АВЕ — актуальный избыток оснований, показатель кислотно-основного состояния; Aniongap — анионная щель.

Таблица 6. Влияние препарата Реамберин на изучаемые лабораторные показатели (вторичные конечные точки исследования)
Table 6. Reamberin’s effects on laboratory parameters (secondary endpoints)

Рис. Кривые Каплана—Мейера. Влияние проводимой терапии на длительность диабетического кетоацидоза, инфузии инсулина, нарушения сознания, пребывания в отделении реанимации и интенсивной терапии.

Kaplan—Meier curves. Effect of therapy on duration of diabetic ketoacidosis, insulin infusion, impaired consciousness, and ICU-stay.
a — patients in diabetic ketoacidosis depending on follow-up period; b — patients receiving intravenous insulin depending on follow-up period; c — patients with impaired consciousness depending on follow-up period; d — patients continuing treatment in ICU depending on follow-up period.

Следует отметить, что доля пациентов, у которых ДКА разрешился в течение первых 48 часов терапии, в обеих группах составила 100%.

Обсуждение

До настоящего времени профессиональное сообщество продолжает обсуждать тему выбора оптимальной схемы инфузионной терапии у пациентов с ДКА. Введение сбалансированных полиионных растворов в качестве альтернативы 0,9% NaCl закреплено в клинических рекомендациях Российской Федерации и других стран [1—3, 14]. Сбалансированные кристаллоиды (например, Рингер лактат, Плазма-Лит 148 водный раствор) давно признаны безопасной альтернативой 0,9% NaCl в связи с минимальным риском гиперхлоремического метаболического ацидоза, потенциального уменьшения повреждения мозга и почек [14]. Однако результаты последнего систематического обзора исследований эффективности инфузионной терапии с применением 0,9% NaCl, раствора Рингера лактата, Плазма-Лит 148 водного раствора и раствора Хартмана у детей с ДКА не выявил преимуществ какого-либо из них. Возможно, это связано с малым числом включенных пациентов и методологической неоднородностью данных. Полученные результаты демонстрируют преимущество применения небольших объемов и низких скоростей инфузии. Тем не менее, раствор Рингер лактат оказался несколько эффективнее 0,9% NaCl [21].

Более ранние исследования применения раствора Реамберин выполнены преимущественно на малой выборке пациентов. Препарат описан как эффективный инфузионный антигипоксант, дополнительный энергосубстрат клетки в условиях гипоксии и ацидоза [22, 23]. Включение раствора меглюмина натрия сукцината в стандартные схемы терапии продемонстрировало преимущество при СД и его осложнениях у взрослых, гнойно-воспалительных процессах различной локализации, в том числе сепсисе, инфаркте миокарда, печеночной недостаточности и отравлениях [23—27].

Доказаны эффективность и безопасность применения препарата Реамберин в профилактике тяжелых гипоксических и ишемических повреждений мозга и сердца у недоношенных новорожденных детей [22].

В настоящем исследовании с участием детей школьного возраста показано, что дополнение стандартной терапии введением раствора Реамберин позволяет ускорить восстановление сознания и разрешение ДКА, сократить сроки парентерального введения инсулина и время лечения в условиях ОРИТ. Результаты регрессионного анализа подтверждают, что включение в терапию данного препарата повышает вероятность скорейшего достижения благоприятного исхода по всем перечисленным выше параметрам эффективности.

Дальнейшие исследования позволят сформировать единый взгляд на проблему регидратационной терапии и оптимальную стратегию терапии ДКА у детей.

К ограничениям исследования можно отнести тот факт, что для всех вторичных параметров эффективности, анализ которых предполагался на момент 24 ч от начала терапии, установлено существенное сокращение размера выборки и значительный дисбаланс групп (21—22 субъекта в контрольной группе по сравнению с 8—10 субъектами в основной группе). Это сделало проведение регрессионного анализа в данной временной точке малоинформативным.Заключение

Настоящее исследование показало преимущества стратегии применения в качестве инфузионной терапии сочетания препаратов, включенных в стандартную схему лечения, и раствора меглюмина натрия сукцината у детей школьного возраста с диабетическим кетоацидозом. По сравнению с группой пациентов, получавших только терапию по стандартной схеме, на фоне введения раствора Реамберин удалось достигнуть более быстрого разрешения всех симптомов диабетического кетоацидоза, включая восстановление сознания. Реамберин оказывает влияние на бикарбонатную буферную систему через метаболизм сукцината и приводит к повышению уровня бикарбоната и снижению уровня лактата в крови уже через 12 часов после начала терапии. Сокращение сроков внутривенной инсулинотерапии и длительности пребывания в отделении реанимации и интенсивной терапии позволяет считать раствор Реамберин перспективным препаратом в терапии неотложных состояний у детей с диабетическим кетоацидозом.

Участие авторов:

Концепция и дизайн исследования — Козлов А.А., Завьялов А.Е., Емельянов А.Н., Донских Д.С., Самсонов А.А., Бедарев А.А., Чуйкова И.А., Терентьев Д.А.

Сбор и обработка материала — Козлов А.А., Завьялов А.Е., Емельянов А.Н., Донских Д.С., Самсонов А.А., Бедарев А.А., Чуйкова И.А., Терентьев Д.А.

Статистическая обработка — Козлов А.А., Завьялов А.Е., Емельянов А.Н., Донских Д.С., Самсонов А.А., Бедарев А.А., Чуйкова И.А., Терентьев Д.А.

Написание текста — Козлов А.А., Завьялов А.Е., Емельянов А.Н., Донских Д.С., Самсонов А.А., Бедарев А.А., Чуйкова И.А., Терентьев Д.А. Редактирование — Козлов А.А., Завьялов А.Е., Емельянов А.Н., Донских Д.С., Самсонов А.А., Бедарев А.А., Чуйкова И.А., Терентьев Д.А.

Финансирование. Статья подготовлена при поддержке ООО «Научно-технологическая фармацевтическая фирма «ПОЛИСАН» (Санкт-Петербург, Россия).

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов. The authors declare no conflicts of interest.

ЛИТЕРАТУРА / REFERENCES

1. Rugg-Gunn CE, Deakin M, Hawcutt DB. Update and harmonisation of 2. guidance for the management of diabetic ketoacidosis in children and young people in the UK. BMJ Paediatrics Open. 2021;5(1):e001079.doi.org/10.1136/bmjpo-2021-001079

2. Сахарный диабет 1 типа у детей. Клинические рекомендации. Ссылка активна на 29.05.25.
Sakharnyi diabet 1 tipa u detei. Klinicheskie rekomendatsii. Accessed May 29, 2025. (In Russ.).cr.minzdrav.gov.ru/view-cr/287_2

3. Александрович Ю.С., Прометной Д.В., Петряйкина Е.Е., Кияев А.В., Петеркова В.А., Копылов В.В., Муратов П.А., Брезгин Ф.Н., Степаненко С.М., Лазукин А.В., Пшениснов К.В., Алехина А.А. Диабетический кетоацидоз у детей: диагностика и интенсивная терапия (междисциплинарный консенсус на основе систематизации российского и зарубежного опыта). Общая реаниматология. 2024;20(2):40-54.

Aleksandrovich YS, Prometnoy DV, Petryaykina EE, Kiyaev AV, Peter-kova VA, Kopylov VV, Muratov PA, Brezgin FN, Stepanenko SM, La-zukin AV, Pshenisnov KV, Alyokhina AA. Diagnosis and Intensive Care in Children’s Diabetic Acidosis: an Interdisciplinary Viewpoint. General Rean-imatology. 2024;20(2):40-54. (In Russ.).doi.org/10.15360/1813-9779-2024-2-40-54

4. Cherubini V, Grimsmann JM, Akesson K, Birkeb^k NH, Cinek O, Dove K, Gesuita R, Gregory JW, Hanas R, Hofer SE, Holl RW, Jefferies C, Joner G, King BR, Mayer-Davis EJ, Pena AS, Rami-Merhar B, Schierloh U, Skri-varhaug T, Sumnik Z, Svensson J, Warner JT, Bratina N, Dabelea D. Temporal trends in diabetic ketoacidosis at diagnosis of paediatric type 1 diabetes between 2006 and 2016: results from 13 countries in three continents. Di-abetologia. 2020;63(8):1530-1541.doi.org/10.1007/s00125-020-05152-1

5. Dabelea D, Rewers A, Stafford JM, Standiford DA, Lawrence JM, Saydah S, Imperatore G, D’Agostino RB Jr, Mayer-Davis EJ, Pihoker C; SEARCH for Diabetes in Youth Study Group. Trends in the prevalence of ketoacidosis at diabetes diagnosis: the SEARCH for diabetes in youth study. Pediatrics. 2014;133(4):e938-945.

6. Kao KT, Lei S, Cheek JA, White M, Hiscock H. Paediatric diabetes-related presentations to emergency departments in Victoria, Australia from 2008 to 2018. Emergency Medicine Australasia: EMA. 2024;36(1):101-109.doi.org/10.1111/1742-6723.14320

7. Auzanneau M, Rosenbauer J, Warncke K, Maier W, Kamrath C, Hofmann T, Wurm M, Hammersen J, Schroder C, Hake K, Holl RW. Frequency of Ketoacidosis at Diagnosis of Pediatric Type 1 Diabetes Associated With Socioeconomic Deprivation and Urbanization: Results From the German Multicenter DPV Registry. Diabetes Care. 2022;45(8):1807-1813. doi.org/10.2337/dc21-2227

8. Cengiz E, Xing D, Wong JC, Wolfsdorf JI, Haymond MW, Rewers A, Shan-mugham S, Tamborlane WV, Willi SM, Seiple DL, Miller KM, DuBose SN, Beck RW; T1D Exchange Clinic Network. Severe hypoglycemia and diabetic ketoacidosis among youth with type 1 diabetes in the T1D Exchange clinic registry. Pediatric Diabetes. 2013;14(6): 447-454. doi.org/10.1111/pedi.12030

9. Maahs DM, Hermann JM, Holman N, Foster NC, Kapellen TM, Allgrove J, Schatz DA, Hofer SE, Campbell F, Steigleder-Schweiger C, Beck RW, Warner JT, Holl RW; National Paediatric Diabetes Audit and the Royal College of Paediatrics and Child Health, the DPV Initiative, and the T1D Exchange Clinic Network. Rates of diabetic ketoacidosis: international comparison with 49,859 pediatric patients with type 1 diabetes from England, Wales, the U.S., Austria, and Germany. Diabetes Care. 2015;38(10):1876-1882. doi.org/10.2337/dc15-0780

10. Дедов И.И., Шестакова М.В., Викулова О.К., Железнякова А.В., Исаков М.А., Сазонова Д.В., Мокрышева Н.Г. Сахарный диабет в Российской Федерации: динамика эпидемиологических показателей по данным Федерального регистра сахарного диабета за период 2010-2022 гг. Сахарный диабет. 2023;26(2):104-123.
Dedov II, Shestakova MV, Vikulova OK, Zheleznyakova AV, Isakov MA, Sazonova DV, Mokrysheva NG. Diabetes mellitus in the Russian Federation: dynamics of epidemiological indicators according to the Federal Register of Diabetes Mel-litus for the period 2010-2022. Saxarny'diabet. 2023;26(2):104-123. (In Russ.). doi.org/10.14341/DM13035

11. Poovazhagi V. Risk factors for mortality in children with diabetic keto acidosis from developing countries. World Journal of Diabetes. 2014;5(6):932-938. doi.org/10.4239/wjd.v5.i6.932

12. Пшениснов К.В., Александрович Ю.С. Применение растворов сукцината в комплексной интенсивной терапии диабетического кетоацидоза у детей (случай из практики). Медицинский алфавит. 2014;9:32-36. Pshenisnov KV, Aleksandrovich YS. Application of succinate solutions in complex intensive care for diabetic ketoacidosis in children (a case report). Meditsinskii alfavit. 2014;9:32-36. (In Russ.).

13. Levin DL. Cerebral edema in diabetic ketoacidosis. Pediatric Critical Care Medicine. 2008;9(3):320-329. doi.org/10.1097/pcc.0b013e31816c7082

14. Gripp KE, Trottier ED, Thakore S, Sniderman J, Lawrence S. Current recommendations for management of paediatric diabetic ketoacidosis. Paediatrics and Child Health. 2023;28(2):128-138. doi.org/10.1093/pch/pxac119

15. Inward CD, Chambers TL. Fluid management in diabetic ketoacidosis. Archives of Disease in Childhood. 2002;86(6):443-444. doi.org/10.1136/adc.86.6.443

16. Неймарк М.И., Клостер Е.А., Булганин А.А. Пути оптимизации лечения диабетического кетоацидоза. Анестезиология и реаниматология. 2024;2:67-77.
Neymark MI, Kloster EA, Bulganin AA. Optimizing the treatment of diabetic ketoacidosis. Russian Journal of Anesthesiology and Reanimatology. 2024;2:67-77. (In Russ.).
doi.org/10.17116/anaesthesiology202402167

17. Williams V, Jayashree M, Nallasamy K, Dayal D, Rawat A. 0.9% saline versus Plasma-Lyte as initial fluid in children with diabetic ketoacidosis (SPinK trial): a double-blind randomized controlled trial. Critical Care. Springer. 2020;24:1-10.doi.org/10.1186/s13054-019-2683-3

18. Curran J.D. et al. Comparison of Balanced Crystalloid Solutions: A Systematic Review and Meta-Analysis of Randomized Controlled Trials. Critical Care Explorations. 2021;3(5):e0398. doi.org/10.1097/cce.0000000000000398

19. Ricciuti A, Milani GP, Tarantino S, Ghilardi R, Lava SAG, Alberzoni M, Bianchetti MG, Agostoni C. Maintenance Fluid Therapy with Saline, Dextrose-Supplemented Saline or Lactated Ringer in Childhood: Short-Term Metabolic Effects. Nutrients. 2020;12(5):1449. doi.org/10.3390/nu12051449

20. Реестр общих характеристик лекарственных препаратов и лекарственных веществ ЕАЭС. Реамберин. Ссылка активна на 29.05.25.
Reestr obshchikh kharakteristik lekarstvennykh preparatov i lekarstvennykh veshchestv EAES. Reamberin. Accessed May 29, 2025. (In Russ.). lk.regmed.ru/Register/EAEU_SmPC

21. Patino-Galarza D, Duque-Lopez A, Cabra-Bautista G, Calvache JA, Florez ID. Fluids in the treatment of diabetic ketoacidosis in children: A systematic review. Journal of Evidence-Based Medicine. 2024;17(2):317-328. doi.org/10.1111/jebm.12603

22. Лебедева О.В., Степанович Ч.Н., Михайлович Ч.В. Клиническое значение использования реамберина в профилактике церебральных и сердечно-сосудистых осложнений у новорожденных с очень низкой и экстремально низкой массой тела. Российский вестник перинатологии и педиатрии. 2010;55(2):19-24.
Lebedeva OV, Stepanovich CN, Mikhailovich CV. The clinical significance of using reamberin in the prevention of cerebral and cardiovascular complications in newborns with very low and extremely low body weight. Rossiiskii vestnik perinatologii i pediatrii. 2010;55(2):19-24. (In Russ.).

23. Яковлев А.Ю., Улитин Д.Н. Реамберин: результаты клинических исследований в хирургии и интенсивной терапии за последние пять лет. Медицинский алфавит. 2012;3(18):54-58.
akovlev AY, Ulitin DN. Reamberin: Results of clinical studies in surgery and intensive care over the past five years. Meditsinskii alfavit. 2012;3(18):54-58. (In Russ.).

24. Зеленый И.И., Фролов В.М., Пересадин Н. А. Эффективность реамбе-рина в коррекции синдрома оксидативного стресса у больных с флегмонозной и гангренозной формами рожи на фоне сахарного диабета 2-го типа. Вестник хирургии имени И.И. Грекова. 2012;171(6):54-58.
Zeleny II, Frolov VM, Peresadin NA. Effectiveness of reamberin in correction of oxidative stress syndrome in patients with phlegmonous and gangrenous erysipelas against the background of the 2 type diabetes mellitus. Vest-nik khirurgii imeni I.I. Grekova. 2012;171(6):54-58. (In Russ.).

25. Игнатович И.Н. Современный комплексный подход к лечению пациентов с нейроишемической формой синдрома диабетической стопы. Хирургия. Восточная Европа. 2012;4(4):56-63.
Ihnatovich IN. Modern integrated approach to treatment of the patients with neuroischemic form of diabetic foot syndrome. Khirurgiya. Vostochnaya Ev-ropa. 2012;4(4):56-63. (In Russ.).

26. Корниенко Е.А., Загородняя Т.В., Иванов Д.В. Перекисное окисление липидов и антиоксидантная система у больных инфарктом миокарда с сахарным диабетом 2 типа. Вестник новых медицинских технологий. Электронное издание. 2015;4:18.
Kornienko EA, Zagorodnya TV, Ivanov DV. Lipid peroxidation and antioxidant system in patients with acute myocardial infarction and diabetes mel-litus type 2. Vestnik novykh meditsinskikh tekhnologii. Elektronnoe izdanie. 2015;4:18. (In Russ.).

27. Сарвилина И.В., Пятницкая С.А, Дегтярева Е.Н., Романцов М.Г. Персонализированная терапия реамберином пациентов с сахарным диабетом, тип Lada 1.5, в стадии декомпенсации. Клиническая медицина. 2012;90(5):53.
Sarvilina IV, Pyatnitskaya SA, Degtyareva EN, Romantsov MG. Personalized reamberin therapy in patients with decompensated lada 1.5 diabetes mel-litus. Klinicheskaya meditsina. 2012;90(5):53. (In Russ.).

Meglumine sodium succinate for intensive therapy of diabetic ketoacidosis in school-aged children

© A.A. KOZLOV, A.E. ZAVYALOV, A.N. EMELYANOV, D.S. DONSKIKH, A.A. SAMSONOV, A.A. BEDAREV, I.A. CHUIKOVA, D.A. TERENTEV

Altai Regional Clinical Center for Maternal and Child Health, Barnaul, Russia

ABSTRACT

Optimal infusion therapy in children with diabetic ketoacidosis (DKA) is still unclear. There is insufficient evidence to support any crystalloid solution in children.

Objective. To evaluate the efficacy of 1.5% solution of meglumine sodium succinate (MSS) in children with moderate-to-severe DKA.

Material and methods. An observational study included patients aged 7—17 years with moderate-to-severe DKA. All patients (n=60) received standard infusion therapy after admission to intensive care unit (ICU). Participants in the main group (n=30) additionally received 1.5% MSS at a dose of 10 ml/kg/day. Primary endpoints were time to DKA regression and proportion of patients with compensation after 24 and 48 hours. Logistic and linear regression methods were used.

Results. DKA regressed in 90% of patients in the MSS group and 60% in the control group within 24 hours (p<0.001). After 48 hours, DKA regressed in all patients of both groups. In the main group, time to DKA regression was 16.5 hours, ICU-stay — 20.0 hours, time to recovery of consciousness — 4.0 hours. In the control group, these values were 24.0, 29.2 and 8.0 hours, respectively (p<0.001).

Conclusion. We observed superiority of MSS for infusion therapy in school-age children with moderate-to-severe DKA. Faster normalization of clinical and laboratory parameters in the MSS group reduced ICU-stay.

Keywords: diabetes mellitus, diabetic ketoacidosis, crystalloid solution, infusion therapy, 1.5% solution of meglumine sodium succinate (Reamberin)

INFORMATION ABOUT THE AUTHORS:

Kozlov A.A. — orcid.org/0009-0003-9121-031X

Zavialov A.E. — orcid.org/0000-0002-4415-6344

Emelianov A.N. — orcid.org/0009-0007-2570-1742

Donskikh D.S. — orcid.org/0009-0004-6794-0416

Samsonov A.A. — orcid.org/0009-0009-6706-7772

Bedarev A.A. — orcid.org/0009-0007-0639-1988

Chuikova I.A. — orcid.org/0009-0008-9203-0130

Terentev D.A. — orcid.org/0009-0004-9493-9357

Corresponding author: Kozlov A.A. — e-mail: artem_kozlov_101991@inbox.ru

TO CITE THIS ARTICLE: Kozlov AA, Zavyalov AE, Emelyanov AN, Donskikh DS, Samsonov AA, Bedarev AA, Chuikova IA, Terentev DA. Meglumine sodium succinate for intensive therapy of diabetic ketoacidosis in school-aged children. Russian Journal of Anesthesiology and Reanimatology. 2025;6:86-93. (In Russ.). doi.org/10.17116/anaesthesiology202506186

Комментарии