Пантогам

Оригинальный ноотропный препарат для детей с рождения и взрослых с уникальным сочетанием активирующего и седативного эффектов


Инструкции:

Возможности D-, L-гопантеновой кислоты в лечении когнитивных и тревожных расстройств у больных с эссенциальной артериальной гипертензией

Комментарии

Опубликовано в журнале:
« Журнал неврологии и психиатрии » 10, 2018

О.Д. Остроумова
1ФГАОУ ВО «Первый Московский государственный медицинский университет им. И.М. Сеченова» (Сеченовский университет) Минздрава России, Москва, Россия; 2ОСП ФГБОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России, «Российский геронтологический научно-клинический центр», Москва, Россия


Одним из главных факторов риска развития когнитивных нарушений и деменции является эссенциальная артериальная гипертензия (АГ). Нарушения когнитивных функций могут быть ранним признаком поражения головного мозга. Они могут развиться даже у пациентов с неосложненной АГ и минимальной продолжительностью болезни, прогрессируют по мере увеличения возраста больных и длительности АГ, а также при неэффективном лечении. У пациентов с АГ высока распространенность эмоциональных нарушений - тревоги и депрессии, следовательно, такие больные наряду с антигипертензивной терапией нуждаются в коррекции сопутствующих когнитивных и эмоциональных нарушений. Препаратом, способным корригировать когнитивные и эмоциональные нарушения, является D-, L-гопантеновая (рац-гопантеновая) кислота. Анализ доказательной базы клинического применения D-, L-гопантеновой кислоты показал ее высокую эффективность в отношении психических нарушений, позитивное влияние на соматическое заболевание и результаты антигипертензивной терапии, а также хорошую переносимость, что способствует повышению приверженности больных к лечению и, следовательно, снижению риска неблагоприятных коронарных и цереброваскулярных осложнений.


Ключевые слова: эссенциальная артериальная гипертензия, когнитивные нарушения, тревога, рац-гопантеновая кислота, D-, L-гопантеновая кислота, пантогам актив.


Possible applications of rac-hopantenic acid in the treatment of cognitive, anxiety and depressive disorders in patients with essential arterial hypertension

O.D. Ostroumova
Sechenov First Moscow State Medical University (Sechenov University), Moscow, Russia; Pirogov Russian National Research Medical University, Clinical and Research Center of Gerontology, Moscow, Russia

Essential arterial hypertension (AH) is one of the main risk factors for the development of cognitive impairment and dementia. Cognitive decline is an early sign of brain damage as a target organ of hypertension, it occurs even in patients with uncomplicated hypertension with minimal duration of disease. Cognitive impairment progresses with increasing age and hypertension duration, as well as in non-controlled AH. In patients with hypertension, the prevalence of emotional disorders - anxiety and depression is also high. In addition to antihypertensive therapy, hypertensive patients need correction of concomitant cognitive and emotional disorders. Rat-gopantenic acid simultaneously corrects both emotional and cognitive impairment, and has a good tolerability profile as well. An analysis of the evidence base of rac-gopantenic acid showed its high efficacy in the treatment of mental disorders and good tolerability along with a positive effect on somatic disorders and results of antihypertensive therapy. Taken together, they enhance adherence to treatment and, consequently, reduce the cardiovascular risk.
Keywords: essential arterial hypertension, cognitive impairment, anxiety, rac-gopantenic acid, D-, L-gopantenic acid, рantogam active.


По мере увеличения продолжительности жизни человека серьезной проблемой современного здравоохранения становится проблема деменции.

В настоящее время в мире насчитывается почти 36 млн больных деменцией, и ожидается, что к 2030 г. их число достигнет 66 млн, а к 2050 г. - 115 млн [1]. В странах c высоким уровнем развития распространенность деменции у пожилых старше 65 лет составляет от 5 до 10% [2]. На долю сосудистой деменции, второй по частоте причины деменции после болезни Альцгеймера (БА), приходится как минимум 20% случаев [3]. Распространенность как сосудистой деменции, так и БА экспоненциально увеличивается с возрастом (риск развития сосудистой деменции удваивается каждые 5,3 года) [4, 5]. В последние годы отмечается снижение заболеваемости, что частично связано с улучшением профилактики и лечения сосудистых заболеваний [2, 6], однако «бремя деменции» постоянно увеличивается. Так, в США прямые и косвенные затраты на лечение деменции превышают таковые на лечение сердечно-сосудистых и онкологических заболеваний [7].

Распространенность сосудистых когнитивных нарушений также напрямую зависит от возраста. Так, у пациентов 65-84 лет недементные формы сосудистых когнитивных нарушений встречаются чаще, чем сосудистые деменции [8]. У таких больных значительно увеличивается частота перехода этих форм сосудистых когнитивных нарушений в деменцию, инвалидизацию и смертность [3, 8-11]. Кроме того, наличие даже легких и умеренных сосудистых когнитивных расстройств существенно снижает качество жизни пациентов всех возрастных групп.

Одним из главных факторов риска развития когнитивных нарушений и деменции (сосудистая деменция, деменция при болезни Паркинсона, смешанная деменция) является эссенциальная артериальная гипертензия (АГ) (в нашей стране более принят термин «гипертоническая болезнь») [12]. В Российских рекомендациях по диагностике и лечению артериальной гипертонии (4-я редакция) указывается, что «в популяционных исследованиях доказана взаимосвязь величины артериального давления с риском развития когнитивной дисфункции и/или деменции», а также что «антигипертензивная терапия может отсрочить ее появление» (цит. по [12]).

Проблема когнитивных нарушений у больных с АГ крайне актуальна и в нашей стране. Это обусловлено в первую очередь высокой распространенностью этого заболевания в РФ, так же как и в других странах мира [13]. По данным эпидемиологического исследования С.А. Шаль-новой и соавт. [13], в целом стандартизованная по возрасту распространенность АГ в РФ составляет 39,5%. С увеличением возраста распространенность АГ резко возрастает, превышая 60% у пожилых 60 лет и старше и 80% - у лиц 80 лет и старше.

Таким образом, учитывая сходную динамику увеличения частоты АГ и когнитивных нарушений с возрастом, авторы исследований [14-16], посвященных когнитивным нарушениям и деменции у пациентов с АГ, были в основном сосредоточены на изучении связи между артериальным давлением (АД) и состоянием когнитивных функций у больных АГ пожилого и старческого возраста. Результаты большинства этих исследований [14, 15] свидетельствуют, что в данной возрастной группе наличие АГ ассоциируется со снижением когнитивных функций. Однако сообщалось и о наличии «U-образной» ассоциации, т.е. снижение когнитивных функций у пожилых пациентов было связано как с высоким, так и с низким уровнем АД [16].

АГ является фактором риска когнитивного снижения и у более молодых пациентов. Во многих исследованиях [17-20] выявлена связь между состоянием когнитивных функций в пожилом и старческом возрасте с повышенным уровнем АД в среднем возрасте. По данным В.А Парфенова и Ю.А. Старчиной [21], для больных среднего возраста, длительно страдающих АГ, часть которых имели в анамнезе перенесенный инсульт, характерны снижение памяти, концентрации внимания, скорости когнитивных процессов, пространственной ориентации. Нарушения когнитивных функций являются ранним признаком поражения головного мозга как органа-мишени АГ, они имеют место даже у пациентов с неосложненной АГ с минимальной длительностью заболевания.

В проведенном нами исследовании [22] у не леченных ранее пациентов среднего возраста (у 50% диагноз был поставлен впервые) с неосложненной АГ 1-2-й степени (АД 140-179/90-109 мм рт.ст.) с небольшой длительностью заболевания (в среднем 2,6 года) было выявлено нарушение управляющих функций, скорости обработки информации и статистически значимо более низкий средний балл по Монреальской шкале оценки когнитивных функций (Montreal Cognitive Assessment - МоСА).

Терапию, направленную на профилактику деменции и/или улучшение когнитивных функций, принято подразделять на этиотропную (антигипертензивные препараты), патогенетическую (нейрометаболические препараты, улучшение микроциркуляции) и симптоматическую [23]. Определенные антигипертензивные препараты способны улучшать когнитивные функции у пациентов с АГ. Так, согласно результатам одного из метаанализов [24], антигипертензивная терапия обеспечивает статистически значимое по сравнению с плацебо улучшение всех анализируемых когнитивных функций: управляющие функции, оперативную и эпизодическую память, скорость когнитивных процессов, внимание, речь. Особый интерес представляет тот факт, что не было выявлено связи между выраженностью гипотензивного эффекта препаратов и улучшением когнитивных функций. При сравнении эффективности 5 основных классов антигипертензивных препаратов между собой [24], обнаружили, что блокаторы рецепторов к ангиотензину II оказывают более значительное влияние на состояние когнитивных функций, чем диуретики, в-блокаторы и ингибиторы ангиотензинпревращающего фермента.

Однако хотелось бы подчеркнуть, что для максимально эффективной коррекции когнитивных нарушений, в том числе у больных АГ, необходимо комплексное лечение - этиотропное и патогенетическое.

У пациентов с АГ когнитивные нарушения могут присутствовать даже на фоне контроля уровня АД (достижения целевых уровней АД). В таком случае им должны быть назначены специальные препараты, применяемые для улучшения когнитивных функций. Тем не менее при подборе терапии в этом случае необходимо выбирать лекарственные средства, не обладающие сильным стимулирующим действием из-за опасности отрицательного влияния на уровень АД и частоту сердечных сокращений (ЧСС).

У пациентов с АГ также высока распространенность эмоциональных нарушений. По данным российских эпидемиологических исследований [25, 26], различные тревожные и депрессивные состояния имеют место у 52% больных АГ, у 33% пациентов с АГ имеют место клинически значимые симптомы тревоги, а у 28% - выраженные депрессивные состояния. У больных АГ, находящихся на диспансерном учете у врача общей практики, в структуре эмоциональных расстройств преобладают субклинически выраженные симптомы тревоги и депрессии (16%), клинически выраженные тревожно-депрессивные расстройства (6,8%) [27]. Частота тревожных нарушений при АГ примерно вдвое превышает их частоту у пациентов с нормальным АД [28-30]. Стресс и тревожные расстройства негативно влияют на течение АГ (большая распространенность неконтролируемой АГ, а также цереброваску-лярных и коронарных осложнений), качество жизни и поведение пациентов (снижение приверженности к лечению и формирование кардиоперсонифицированных синдромов) [31-33].

Н.В. Юдина и соавт. [34] исследовали психический статус у 210 пациентов с неосложненной АГ. Авторы выявили психические расстройства у 76% больных. Чаще всего имели место тревожные расстройства (у 48,1% больных), депрессия (у 45,6%) и астения (у 45,0%), реже выявлялись фобические нарушения (у 15,0%), соматоформные, диссоциативные или конверсионные расстройства (у 11,9%), ипохондрические расстройства отмечались наиболее редко (у 5,0%). В.В. Скибицкий и соавт. [35] наблюдали 160 больных в возрасте 53-64 лет (медиана возраста 58 лет) с неконтролируемой АГ (отсутствие целевого уровня АД менее 140/90 мм рт.ст.) в сочетании с депрессивными расстройствами на фоне приема двух и более антигипертензивных препаратов.

Исходное тестирование с использованием шкалы тревоги и депрессии HADS выявило достаточно высокие показатели как депрессивных, так и тревожных расстройств и, как следствие, наличие у подавляющего большинства больных клинически выраженного депрессивного расстройства (88-91%). Субклиническая депрессия была отмечена у 9-12,2% больных. Кроме того, на фоне депрессивных расстройств у 14-18% пациентов было обнаружено развитие субклинической тревоги.

Исходя из вышеизложенного становится очевидным, что пациенты с АГ наряду с антигипертензивной терапией нуждаются в коррекции сопутствующих когнитивных и эмоциональных нарушений, которая способствует улучшению качества их жизни, повышению приверженности к проводимой антигипертензивной терапии и эффективности контроля АД, что в конечном счете обеспечивает снижение риска неблагоприятных коронарных и цереброваскулярных событий.

На российском фармацевтическом рынке имеется препарат, обладающий ноотропным и легким противотревожным действием, - D-, L-гопантеновая кислота (торговое название - пантогам актив). Активное вещество препарата (рац-гопантеновая кислота) содержит смесь равных количеств двух стереоизомеров гопантеновой кислоты, за счет чего расширяется спектр нейрорецепторного действия - более выраженное взаимодействие не только с рецепторами ГАМК-В (за счет D-стереоизомера), но и (за счет L-изомера) с рецепторами ГАМК-А (влияние на небензодиазепиновые сайты), а также с Dj-дофаминовыми рецепторами [36-43]. На основании ряда теоретических предпосылок и экспериментальных исследований было обнаружено, что данные изомеры дополняют действие друг друга и, следовательно, способствуют повышению эффективности препарата без увеличения риска развития нежелательных явлений (НЯ) [36]. За счет такого механизма действия активного вещества пан-тогам актив обладает двойной терапевтической активностью (сочетает мягкое стимулирующее и легкое противотревожное действия), и, как показал опыт клинического применения, при его приеме отсутствуют избыточная стимуляция, угнетение внимания, миорелаксация, синдром отмены и привыкание, что позволяет назначать его длительно больным с комобидной патологией и пожилым [36-43].

D-, L-гопантеновая кислота стимулирует анаболические процессы в нейронах, повышает устойчивость мозга к гипоксии, активирует умственную деятельность и работоспособность, упорядочивает поведение, сочетает мягкий стимулирующий эффект с легким противотревожным, оказывает ноотропное и противосудорожное действие [38-40]. Использование такого бимодального лекарственного средства позволяет снизить лекарственную нагрузку на пациента и повысить его приверженность к терапии. Известно, что приверженность к лечению уменьшается с увеличением количества принимаемых препаратов [44].

В настоящее время подходы к применению лекарственных средств базируются на принципах доказательной медицины. Эти принципы включают обязательное наличие плацебо-контролируемых исследований для оценки эффективности и безопасности препаратов. В связи с этим пантогам актив отвечает всем современным требованиям, поскольку его эффективность и безопасность тестировались в ряде плацебо-контролируемых исследований [36, 37].

Так, целью рандомизированного двойного слепого плацебо-контролируемого исследования Л.С. Канаевой и соавт. [37] являлась оценка эффективности и безопасности пантогама актив у больных с астеническими расстройствами органического и невротического генеза. В исследование были включены 56 пациентов в возрасте от 18 до 65 лет, которые были рандомизированы на две группы: больные 1-й группы получали пантогам актив (26 пациентов, средний возраст 48,9+12,7 года), 2-й группы - плацебо (20 больных, средний возраст 46,1+11,9 года). Всем больным исследуемый препарат (в терапевтической дозе 0,9-2,1 г/сут) или плацебо назначали в виде монотерапии, период наблюдения составлял 6 нед. В обеих группах преимущественно диагностировалось органическое астеническое расстройство: у 61,5 и 55% в 1-й и 2-й группах соответственно. Неврастения встречалась у 38,5 и 45% больных соответственно. Средняя длительность астенического состояния у больных обеих групп составляла 4,9 мес. Обследование пациентов проводили при 4 визитах: исходно, на 14, 28 и 42-е сутки лечения. Применялись клинико-психопатологический и психометрический методы обследования с использованием субъективной шкалы оценки астении (Multidimensional Fatigue Inventory - MFI-20), опросника для выявления признаков вегетативных изменений Вейна, шкалы оценки социальной дезадаптации Шихана, теста кодирования символов (BACS symbol coding task) для краткой оценки когнитивных функций (Keefe, 1999) [37].

В результате проведенного исследования авторы выявили статистически значимые различия в уменьшении общего балла по шкале MFI-20 по сравнению с исходными данными: в 1-й группе (пантогам актив) они обнаружены на 14-е сутки терапии, во 2-й группе (плацебо) - на 28-е сутки. Статистически значимые различия между группами были зафиксированы начиная с 14-х суток терапии и сохранялись на протяжении всего периода наблюдения. К концу курса лечения в 1-й группе больных, принимавших пантогам актив, симптомы астении уменьшились на 35,6%, а в группе плацебо - только на 10%. При этом в обеих группах было выявлено статистически значимое улучшение когнитивных функций. Однако в 1-й группе этот эффект был выражен более отчетливо: к концу курса лечения когнитивные функции улучшились на 40%, тогда как во 2-й группе - лишь на 15%. Обнаруженные различия между группами были статистически значимыми. Оценка НЯ выявила высокую переносимость пантогама актив: количество и выраженность НЯ в 1-й группе (пантогам актив) были сопоставимы с таковыми во 2-й группе (плацебо). Ни в одном случае НЯ не потребовалось назначения дополнительных лекарственных средств для их купирования, ни один пациент не был исключен из исследования в связи с развитием НЯ.

С.Н. Дума [36] также опубликовала данные двойного слепого плацебо-контролируемого исследования пантогама актив. Его целью было изучение клинической эффективности и переносимости этого препарата при лечении когнитивных расстройств у пациентов с дисциркуляторной энцефалопатией (ДЭ) I-II стадии, одним из факторов риска развития которой является АГ. Пантогам актив назначался в режиме 1,2 г/сут в течение 8 нед. В основную группу вошли 24 больных ДЭ I-II стадии, из них умеренные когнитивные нарушения были выявлены у 75,0%, легкие когнитивные нарушения - у 12,5%, деменция легкой степени - у 12,5%. В группу плацебо были включены 23 пациента с ДЭ I-II стадии: умеренные когнитивные нарушения были диагностированы в 72,8% случаев, легкие когнитивные нарушения и деменция легкой степени - по 13,6% случаев. График наблюдений предусматривал исходный визит и далее визиты в 1, 30 и 56-е сутки лечения. Оценку эффективности препарата проводили с помощью ряда когнитивных шкал и тестов: краткой шкалы оценки психического статуса (Mini Mental State Examination - MMSE), теста «10 слов» (непосредственное и отсроченное воспроизведение), теста «Рисование часов», опросника самооценки памяти (McNair и Kahn), теста вербальных ассоциаций (литеральные и категориальные ассоциации), шкалы Шихана для оценки социальной дезадаптации, таблиц Шульте, теста Векслера (символьно-цифровое сочетание), шкалы Гамильтона для оценки тревоги (Hamilton Anxiety Rating Scale - HARS), MFI-20, субшкалы общего клинического впечатления «Улучшение состояния» (Clinical Global Impression improvemen - CGI-i). В результате проведенного исследования были выявлены статистически значимые различия между группами по тестам вербальных ассоциаций (литеральных), тесту Векслера, таблицам Шульте, тесту самооценки памяти, шкале HARS. При исследовании когнитивных функций на фоне лечения пантогамом актив наиболее показательными оказались нейродинамические шкалы (шкала Векслера и таблицы Шульте), что свидетельствует об улучшении управляющих функций/концентрации внимания. Причем статистически значимое улучшение показателей по этим шкалам на фоне терапии пантогамом актив отмечено на очень ранней стадии терапии - с 4-6-й недели лечения. Статистически значимое улучшение по шкале тревожности было отмечено только в группе активного лечения, что свидетельствует об эффективности препарата пантогам актив в лечении тревожных расстройств. По шкале MFI-20 (астения) статистически значимое улучшение наблюдалось в обеих группах, однако в группе пациентов, принимавших пантогам актив, это улучшение было выражено в большей степени. Следует обратить внимание на показатели по шкале CGI-i: на фоне терапии пантогамом актив на 30-е и 56-е сутки терапии состояние значительного числа больных основной группы было расценено как «очень хорошее улучшение» и «хорошее улучшение», случаев ухудшения выявлено не было. В ходе данного исследования также был установлен благоприятный профиль безопасности препарата пантогам актив в дозе 1,2 г/сут: число больных, у которых наблюдались НЯ, было практически одинаковым в обеих группах (7 и 6 пациентов в группе активного лечения и в группе плацебо соответственно), ни один пациент не был исключен из исследования в связи с развитием НЯ [36].

Таким образом, результаты плацебо-контролируемых исследований свидетельствуют о высокой эффективности пантогама актив в отношении коррекции когнитивных, тревожных и астенических расстройств, а также о сопоставимой с плацебо переносимости лечения.

Приведенные выше результаты дают основание считать, что пантогам актив является эффективным лекарственным средством для применения у пациентов с АГ в составе комплексной медикаментозной терапии для коррекции сопутствующих основному заболеванию когнитивных и тревожных расстройств. К настоящему времени накоплен большой клинический опыт его использования у данной категории больных.

Так, А.Б. Смулевич и соавт. [41] представили результаты наблюдения 80 пациентов с АГ II-III стадии (возраст 18-75 лет, средняя длительность заболевания 17,9+9,2 года) и коморбидными легкими и умеренными когнитивными нарушениями (<26 баллов по MoCA) и тревожным расстройством (>30 баллов по шкале самооценки тревоги Шихана). В 68% случаев у больных была диагностирована II стадия АГ, в 32% - III стадия, очень высокий риск сердечно-сосудистых осложнений был установлен в 73% случаев. Пациентов рандомизировали на две группы. В основную группу вошли 50 больных (средний возраст 62,2+ 6,1 года, 62,8% - женщины), которым, помимо необходимой антигипертензивной терапии, был назначен пантогам актив. Суточная доза препарата варьировала от 600 до1200 мг в зависимости от клинических проявлений и выраженности когнитивных и тревожных расстройств. В контрольную группу вошли 30 пациентов (средний возраст 58,6+ 5,4 года, 65,1% - женщины), получавших только антиги-пертензивную терапию. Группы были сопоставимы по полу, возрасту, уровням АД. Длительность периода наблюдения составила 28 сут. Состояние пациентов оценивали исходно (до начала терапии), через 7, 14 и 28 сут лечения. Для оценки эффективности лечения использовали шкалы МоСА, самооценки тревоги Шихана, самооценки качества жизни EQ-5D. «Респондерами» считали больных, у которых исходная сумма баллов по этим шкалам снижалась более чем на 50%, «частичными респондерами» - более чем на 25%. Авторы установили, что средние баллы по шкале МоСА увеличились в обеих группах: в группе пациентов, принимающих пантогам актив, с 21,5+3,1 до 27,5+1,2 балла в конце периода наблюдения, в контрольной группе - с 21,7+4,3 до 23,6+2,5 балла. Однако динамика этих показателей была более выраженной в группе пациентов с АГ, лечившихся пантогамом актив. Улучшение когнитивных функций в основной группе происходило уже с 1-й недели терапии и продолжалось после выписки из стационара. Улучшились показатели оптико-пространственной деятельности, абстрактного мышления, мнестических функций и внимания. К концу периода наблюдения доля «респондеров» составила 78%, «частичных респондеров» - 4%.

Тревожные расстройства у пациентов обеих групп были представлены нозогенными реакциями (тревожно-фобические и тревожно-диссоциативные). Уменьшение тревожной симптоматики по опроснику самооценки тревоги Шихана в группе пантогама актив была отмечена в 100% наблюдений, при этом доля «респондеров» составляла 88%, «частичных респондеров» - 12%. Редукция суммы баллов по этой шкале выявлена уже с 1-й недели терапии и при каждом последующем визите по сравнению с предыдущим. По мере продолжения лечения пантогамом актив авторы выявили статистически значимое снижение выраженности нейровегетативных, соматических (сердцебиение, «ват-ность» ног, затруднения при вдохе, потливость, боль в области сердца и т.д.) и психических (озабоченность состоянием здоровья, эпизоды приливов страха) симптомов тревоги. Редукция тревожной симптоматики была отмечена при всех выявленных у больных типах тревожных проявлениях. Наиболее выраженная и быстрая динамика была зафиксирована у пациентов с тревожно-фобическими нозогенными реакциями. Причем у этих пациентов купировались также нейровегетативные и соматизированные проявления тревоги (тахикардия, эмоциогенные подъемы АД, боли в области сердца, отличные по характеру от стенокардии). Заслуживает особого внимания тот факт, что пациенты основной группы с исходно высоким уровнем тревоги (>60 баллов по шкале Шихана) субъективно отмечали существенное снижение тревожных симптомов уже на 2-3-и сутки приема пантогама актив, что способствовало улучшению эмоционального состояния, снижению частоты так называемых психогенно провоцируемых подъемов АД, облегчало подбор антигипертензивной терапии. В исследовании была также зафиксирована хорошая переносимость пантогама актив и, кроме того, отмечалось более быстрое снижение АД и ЧСС у принимавших препарат больных. Полученные данные позволили авторам рекомендовать пантогам актив в качестве препарата выбора для лечения когнитивных и тревожных нарушений у пациентов с АГ [41].

Целью другого российского исследования [42] было изучение эффективности и переносимости пантогама актив при лечении невротических расстройств, связанных со стрессом, и соматоформных расстройств у пациентов с АГ, протекавшей с выраженными колебаниями АД и гипертоническими кризами. В основную группу и группу сравнения вошли по 30 больных (средний возраст 53,1+2,6 и 54,1±1,8 года соответственно). Пантогам актив назначали пациентам основной группы в средней дозе 1,8 г/сут, больные получали также базовую терапию: препараты для лечения сердечно-сосудистых заболеваний (антигипертензивные препараты в подобранных стабильных дозах, а также антиангинальные лекарственные средства и ацетилсалициловую кислоту по показаниям). Пациентам группы сравнения была назначена только базовая терапия. К концу периода исследования у пациентов основной группы была выявлена редукция астенических (соматогенная астения, неврастения) и тревожно-депрессивных расстройств. При этом терапевтический эффект пантогама актив проявлялся быстро - к концу 1-й недели терапии. НЯ, послуживших причиной досрочного прекращения терапии, зарегистрировано не было. Не наблюдалось появления жизнеопасных аритмий и/или нарушений проводимости, что подтверждает хорошую переносимость препарата пантогам актив у пациентов с сердечнососудистыми заболеваниями. Прекращение приема пантогама актив не сопровождалось развитием синдрома отмены. Более того, так же, как и в исследовании А.Б. Сму-левича и соавт. [41], при добавлении пантогама актив к базовой терапии были выявлены тенденция к снижению средних значений АД (систолического с 148,3+11,2 до 131+7,4 мм рт.ст., диастолического - с 95,6+6,4 до 80,7+ 5,0 мм рт.ст.), а также статистически значимое уменьшение частоты психогенно провоцированных подъемов АД и гипертонических кризов (с 8,5+2,3 до 3,6+1,8 раза в неделю, р<0,001).

В.Э. Медведев и К.А. Албантова [43] включили в исследование 30 пациентов в возрасте от 18 до 65 лет (средний возраст 58,9±1,2 года) с верифицированным диагнозом сердечно-сосудистого заболевания с психической патологией, соответствовавшей критериям МКБ-10 для тревожных (включая тревожно-депрессивные) расстройств (F40.0-F41.9), расстройств приспособительных реакций (нозогении, F43.2), соматоформных расстройств (F45.0- F.45.9), неврастении (F48.0), соматогенной астении (органического эмоционально лабильного расстройства, F06.6), нуждающихся в психофармакотерапии. Длительность психопатологических расстройств варьировала от 1,5 до 7 мес (средняя длительность актуального психопатологического состояния 2,3±0,4 мес). У 63,3% больных имелась АГ 1-2-й степени в сочетании с ишемической болезнью сердца (стабильная стенокардия напряжения I-III функционального класса и/или постинфарктный кардиосклероз) и/или фибрилляцией предсердий. В ходе исследования не допускалось использование других психотропных препаратов, за исключением гипнотиков короткого действия, таких как золпидем, зопиклон (при наличии выраженной инсомнии). Все больные получали необходимую базовую терапию для лечения сердечно-сосудистых заболеваний (антигипертензивные препараты, противоаритмическую терапию, антиангинальную терапию, ацетилсалициловую кислоту и др.). Период наблюдения составил 42 сут. Пациентам был назначен пантогам актив в суточных дозах от 0,6 до 2,4 г. Эффективность препарата оценивали по шкале H4RS, тесту Спилбергера и CGI-i. Авторы отметили снижение среднего балла по шкале HARS у большинства пациентов (73,3%) уже к началу 2-й недели терапии, и до конца периода наблюдения происходило его дальнейшее уменьшение. Отчетливая редукция психопатологической симптоматики к моменту завершения исследования была зарегистрирована у больных с астеническими, тревожно-фобическими и соматоформными расстройствами. Анксиолитическое действие пантогама актив проявлялось в первые 7 сут терапии: уменьшались раздражительность, выраженность ситуационно провоцированных страхов и тревожно-ипохондрических опасений, направленных в будущее. С конца 1-й недели лечения редуцировались трудности засыпания, кошмарные сновидения, нивелировалась вегетативная лабильность. Статистически значимая положительная динамика астенических расстройств, нарушений памяти и концентрации внимания регистрировалась на 3-й неделе лечения. Согласно шкале CGI-i, к концу периода наблюдения «значительное улучшение» было отмечено у 20% больных, «существенное улучшение» - у 46,7% пациентов. Сходные результаты были получены при анализе динамики тяжести психопатологических расстройств и по субшкале общего клинического впечатления «оценка тяжести состояния» (Clinical Global Impression severity - CGI-s). В этом исследовании была также констатирована хорошая переносимость пантогама актив: случаев отмены препарата, связанных с НЯ, не было. Отмена препарата не сопровождалась развитием признаков синдрома отмены.

Таким образом, полученные данные свидетельствует о том, что пантогам актив имеет высокую эффективность в отношении коррекции когнитивных, тревожных, тревожно-депрессивных и астенических расстройств у пациентов с АГ и ее последствиями (хроническая ишемия мозга). Имеются также убедительные доказательства его хорошей переносимости у пациентов с сердечно-сосудистыми заболеваниями, в том числе с АГ. Препарат не вызывает повышения АД и ЧСС, угнетения внимания, миорелаксации или синдрома отмены. Коррекция пантогамом актив когнитивных, тревожных и астенических нарушений у пациентов с АГ способствует улучшению их качества жизни, а также повышению эффективности проводимой антигипертензивной терапии и приверженности больных к назначенной базовой терапии, что в конечном счете является основой для снижения риска развития цереброваскулярных и коронарных осложнений.

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

ЛИТЕРАТУРА

  1. Wortmann M. Dementia: a global health priority - highlights from an ADI and World Health Organization report. AlzheimersRes Ther. 2012;4:40. doi.org/10.1186/alzrt143
  2. Wu YT, Fratiglioni L, Matthews FE, Lobo A, Breteler MM, Skoog I, Brayne C. Dementia in western Europe: epidemiological evidence and implications for policy making. Lancet Neurol. 2016;15:116-124. doi.org/10.1016/S1474-4422(15)00092-7
  3. Gorelick PB, Scuteri A, Black SE, Decarli C, Greenberg SM, Iadecola C, Launer LJ, Laurent S, Lopez OL, Nyenhuis D, Petersen RC, Schneider JA, Tzourio C, Arnett DK, Bennett DA, Chui HC, Higashida RT, Lindquist R, Nilsson PM, Roman GC, Sellke FW, Seshadri S.; American Heart Association Stroke Council, Council on Epidemiology and Prevention, Council on Cardiovascular Nursing, Council on Cardiovascular Radiology and Intervention, and Council on Cardiovascular Surgery and Anesthesia. Vascular contributions to cognitive impairment and dementia: a statement for healthcare professionals from the american heart association/american stroke association. Stroke. 2011;42:2672-2713. doi.org/10.1161/STR.0b013e3182299496
  4. Lobo A, Launer LJ, Fratiglioni L, Andersen K, Di Carlo A, Breteler MM, Copeland JR, Dartigues JF, Jagger C, Martinez-Lage J, Soininen H, Hof-man A. Prevalence of dementia and major subtypes in Europe: A collaborative study of population-based cohorts. Neurologic Diseases in the Elderly Research Group. Neurology. 2000;54:4-9.
  5. Ganguli M. Epidemiology oof dementia. Chapt 38. Principles and Practice oof Geriatric Psychiatry. Abou-Saleh MT, Katona C, Kumar A. eds. 3rd ed. Hoboken, NJ: Wiley; 2011.
  6. Satizabal CL, Beiser AS, Chouraki V, Chene G, Dufouil C, Seshadri S. Incidence of dementia over three decades in the Framingham Heart Study. N Engl J Med. 2016;374:523-532. doi.org/10.1056/NEJMoa1504327
  7. Yang Z, Lin PJ, Levey A. Monetary costs of dementia in the United States. N Engl J Med. 2013;369:489. doi.org/10.1056/NEJMc1305541#SA1
  8. Rockwood K, Wentzel C, Hachinski V, Hogan DB, MacKnight C, McDowell I. Prevalence and outcomes of vascular cognitive impairment. Vascular Cognitive Impairment Investigators of the Canadian Study of Health and Aging. Neurology. 2000;54:447-451.
  9. Hachinski V. Preventable senility: a call for action against the vascular dementias. Lancet. 1992;340:645-648.
  10. Moorhouse P, Rockwood K. Vascular cognitive impairment: current concepts and clinical developments. Lancet Neurol. 2008;7:246-255. doi.org/10.1016/S1474-4422(08)70040-1
  11. Dichgans M, Zietemann V. Prevention of vascular cognitive impairment. Stroke. 2012;43:3137-3146. doi.org/10.1161/STR0KEAHA.112.651778
  12. Чазова И.Е., Ратова Л.Г., Бойцов С.А., Небиеридзе Д.В. Диагностика и лечение артериальной гипертензии (Рекомендации Российского медицинского общества по артериальной гипертонии и Всероссийского научного общества кардиологов). Системные гипертензии. 2010;3:5-26. [Chazova IE, Ratova LG, Boytsov SA, Nebieridze DV. Diagnosis and treatment of arterial hypertension. Sistemnye Gipertenzii. 2010;3:5-26. (In Russ.)].
  13. Шальнова С.А., Баланова Ю.А., Константинов В.В., Тимофеева Т.Н., Иванов В.М., Капустина А.В., Деев А.Д. Артериальная гипертония: распространенность, осведомленность, прием антигипертензивных препаратов и эффективность лечения среди населения Российской Федерации. Российский кардиологический журнал. 2006;11(4):45-50. [Shal'nova SA, Balanova YuA, Konstantinov VV, Timofeeva TN, Ivanov VM, Kapustina AV, Deev AD. Arterial hypertension: prevalence, awareness, intake of antihypertensive drugs and the effectiveness of treatment among the population of the Russian Federation. Rossijskij Kardiologicheskij Zhurnal. 2006;11(4):45-50. (In Russ.)].
  14. Obisesan TO, Obisesan OA, Martins S, Alamgir L, Bond V, Maxwell C, Gil-lum RF. High blood pressure, hypertension, and high pulse pressure are associated with poorer cognitive function in persons aged 60 and older: the Third National Health and Nutrition Examination Survey. J Am Geriatr Soc. 2008;56:501-509. doi.org/10.1111/j.1532-5415.2007.01592.x
  15. Kuo HK, Sorond F, Iloputaife I, Gagnon M, Milberg W, Lipsitz LA. Effect of blood pressure on cognitive functions in elderly persons. J Gerontol A Biol Sci MedSci. 2004;59:1191-1194. PMID:15602074. PMCID:PMC4418553.
  16. Waldstein SR, Giggey PP, Thayer JF, Zonderman AB. Nonlinear relations of blood pressure to cognitive function: the Baltimore Longitudinal Study of Aging. Hypertension. 2005;45:374-379. doi.org/10.1161/01. HYP.0000156744.44218.74
  17. Launer LJ, Masaki K, Petrovitch H, Foley D, Havlik RJ. The association between midlife blood pressure levels and late-life cognitive function: the Honolulu-Asia Aging Study. JAMA. 1995;274:1846-1851. PMID:7500533.
  18. Kilander L, Nyman H, Boberg M, Lithell H. The association between low diastolic blood pressure in middle age and cognitive function in old age: a population-based study. Age Ageing. 2000;29:243-248.
  19. Debette S, Seshadri S, Beiser A, Au R, Himali JJ, Palumbo C, Wolf PA, De-Carli C. Midlife vascular risk factor exposure accelerates structural brain aging and cognitive decline. Neurology. 2011;77:461-468. doi.org/10.1212/WNL.0b013e318227b227
  20. Gottesman RF, Schneider AL, Albert M, Alonso A, Bandeen-Roche K, Coker L, Coresh J, Knopman D, Power MC, Rawlings A, Sharrett AR, Wruck LM, Mosley TH. Midlife hypertension and 20-year cognitive change: the Atherosclerosis Risk in Communities neurocognitive study. JAMA Neurol. 2014;71:1218-1227. doi.org/10.1001/jamaneurol.2014.1646
  21. Парфенов В.А., Старчина Ю.А. Когнитивные нарушения у пациентов с артериальной гипертензией и их лечение. Неврология, нейропсихиатрия, психосоматика. 2011;3(1):27-33. [Parfenov VA, Starchina YuA. Cognitive impairment in patients with hypertension and their treatment. Nev-rologiya, Neiropsikhiatriya, Psikhosomatika. 2011;3(1):27-33. (In Russ.)].
  22. Остроумова Т.М., Парфенов В.А., Остроумова О.Д. Артериальная гипертензия и когнитивные нарушения: взгляд с позиций доказательной медицины. Неврология, нейропсихиатрия, психосоматика. 2017;9(4): 70-76. [Ostroumova TM, Parfenov VA, Ostroumova OD. Hypertension and cognitive impairment: the standpoint of evidence-based medicine. Nevrologi-ya, Neiropsikhiatriya, Psikhosomatika. 2017;9(4):70-76. (In Russ.)]. doi.org/10.14412/2074-2711-2017-4-70-76
  23. Яхно НН. Когнитивные расстройства в неврологической клинике. Неврологический журнал. 2006;11(1):4-12. [Yakhno NN. Cognitive impairments in neurological clinic. Nevrologicheskii Zhurnal. 2006;11(suppl 1):4-12. (In Russ.)].
  24. Marpillat NL, Macquin-Mavier I, Tropeano A-I, Bachoud-Levi A-C, Mai-son P. Antihypertensive classes, cognitive decline andincidence of dementia: a networkmeta-analysis. Journal of Hypertension. 2013;31(6):1073-1082. doi.org/10.1097/HJH.0b013e3283603f53
  25. Чазов Е.И., Оганов Р.Г., Погосова Г.В., Шальнова С.А., Ромасенко Л.В., Деев А.Д. Клинико-эпидемиологическая программа изучения депрессий в кардиологической практике у больных артериальной гипертонией и ишемической болезнью сердца (КООРДИНАТА): результаты многоцентрового исследования. Кардиология. 2007;47(3):28-37. [Chazov EI, Oganov RG, Pogosova GV, Shal'nova SA, Romasenko LV, Deev AD. Clinical and epidemiological program of studying depression in cardiac practice in patients with arterial hypertension and coronary heart disease (COORDINATE): the first results of a multicenter study. Kardiologiya. 2007;47(3):28-37. (In Russ.)].
  26. Погосова Г.В., Ромасенко Л.В. Клинико-эпидемиологические характеристики пациентов пожилого возраста, страдающих сердечно-сосудистыми заболеваниями, коморбидными с депрессивными расстройствами (по результатам многоцентрового проспективного исследования КООРДИНАТА). Терапевтический архив. 2007;10:79-82. [Pogosova GV, Romasenko LV. Kliniko-ehpidemiologicheskie harakteristiki pacientov pozhilogo vozrasta, stradayushchih serdechno-sosudistymi zabolevaniyami, komorbidnymi s depressivnymi rasstrojstvami (po rezul'tatam mnogo-centrovogo prospektivnogo issledovaniya KOORDINATA). Terapevticheskij Arhiv. 2007;10:79-82. (In Russ.)].
  27. Медведева C.O., Колбасников С.В. Выраженность тревожно-депрессивных расстройств и их соотношение с церебральными и гемодинамическими нарушениями у больных артериальной гипертонией в практике врача общего профиля. Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2016;116(12):109-111. [Medvedeva CO, Kolbasnikov CV. The severity of anxiety-depressive disorders and their correlation with cerebral and hemodynamic disorders in patients with arterial hypertension in the practice of a general practitioner. Zhurnal Nevrologii i Psikhiatrii im. S.S. Kor-sakova. 2016;116(12):109-111. (In Russ.)]. doi.org/10.17116/jnevro2016116121109-111
  28. Kubzansky LD, Kawachi I. Going to the heart of the matter: do negative emotions cause coronary heart disease? J Psychosomatic Research. 2000; 48:323-337. doi.org/10.1016/S0022-3999(99)00091-4
  29. Johansen A, Holmen J, Stewart R, Bjerkeset O. Anxiety and depression symptoms in arterial hypertension: the influence of antihypertensive treatment. The HUNT study, Norway. Eur J Epidemiol. 2011;27(1):63-72. doi.org/10.1007/s10654-011-9641-y
  30. Штарик С.Ю., Петрова М.М., Гарганеева Н.П. Некоторые аспекты коморбидности тревожно-депрессивных расстройств и артериальной гипертензии. Сибирский медицинский журнал. 2009;24(4):46-48. [Shtarik SYu, Petrova MM, Garganeeva NP. Some aspects of the comorbidity of anxiety-depressive disorders and arterial hypertension. Sibirskij Medicinskij Zhurnal. 2009;24(4):46-48. (In Russ.)].
  31. Волель Б.А., Терновая Е.С., Ермушева А.А., Сыркина Е.А., Ардзинба И.Б. Расстройство личности и сердечно-сосудистые заболевания (на модели артериальной гипертонии и ишемической болезни сердца). Психические расстройства в общей медицине. 2014;1:4-13. [Volel' BA, Ternovaya ES, Ermusheva AA, Syrkina EA, Ardzinba IB. Personality disorder and cardiovascular diseases (on the model of arterial hypertension and ischemic heart disease). Psihicheskie Rasstrojstva v Obshchej Medicine. 2014;1:4-13. (In Russ.)].
  32. Hocaoglu C, Yeloglu CH, Polat S. Cardiac Diseases and Anxiety Disorders. INTECH Open Access Publisher; 2011.
  33. Kong D, Gao H, Lu Y, Qi XW, Ma LL, Kong XQ, Yao DK, Wang LX. Anxiety disorders are associated with increased plasma adrenomedullin level and left ventricular hypertrophy in patients with hypertension. Clinical and Experimental Hypertension. 2013;36(1):27-31. doi.org/10.3109/10641963.2013.783049
  34. Юдина Н.В., Ишутина Н.П., Раева Т.В. Психические расстройства на начальных стадиях эссенциальной артериальной гипертензии. Медицинская наука и образование Урала. 2009;1:70-73. [Yudina NV, Ishutina NP, Raeva TV. Mental disorders in the initial stages of essential arterial hypertension. Meditsinskaya Nauka i Obrazovanie Urala. 2009;1:70-73. (In Russ.)].
  35. Скибицкий В.В., Скибицкий А.В., Фендрикова А.В. Оптимизация лечения неконтролируемой артериальной гипертонии у пациентов с тревожно-депрессивными расстройствами. Кардиология. 2015;55(12):25-30. [Skibickij VV, Skibickij AV, Fendrikova AV. Optimization of the Treatment of Uncontrolled Hypertension in Patients With Anxiety and Depressive Disorders. Kardiologiya. 2015;55(12):25-30. (In Russ.)]. doi.org/10.18565/cardio.2015.12.25-30
  36. Дума С.Н. Оценка клинической эффективности нейропротекторов, влияющих на систему гамма-аминомасляной кислоты, при лечении когнитивных расстройств у пациентов с дисциркуляторной энцефалопатией I-II стадий. Фарматека. 2010;15:96-100. [Duma SN. Evaluation of the clinical efficacy of neuroprotectors affecting the gamma-amino-butyric acid system in the treatment of cognitive disorders in patients with discirculatory encephalopathy of stages I-II. Farmateka. 2010;15:96-100. (In Russ.)].
  37. Канаева Л.С., Вазагаева Т.И., Ястребова В.В. Перспективны применения препарата Пантогам актив у больных с астеническими расстройствами. Психиатрия и психофармакотерапия. 2009;11(6):34-39. [Kanae-va LS, Vazagaeva TI, Yastrebova VV. The use of the Pantogam drug in patients with asthenic disorders is promising. Psihiatriya i Psihofarmakoterapiya. 2009;11(6):34-39. (In Russ.)].
  38. Камчатнов П.Р., Михайлова Н.А., Морозова Ю.А. Применение рац-гопантеновой кислоты в лечении пациентов с сочетанной соматической и неврологической патологией с умеренно выраженными аффективными расстройствами. Consilium Medicum. Неврология и ревматология (Приложение). 2016;1:13-19. [Kamchatnov PR, Mihajlova NA, Morozova YuA. The use of rac-gopantenic acid in the treatment of patients with combined somatic and neurological pathology with moderately expressed affective disorders. Consilium Medicum. Nevrologiya i Revmatologiya (Prilozhenie). 2016;1:13-19. (In Russ.)].
  39. Камчатнов П.Р. Хронические расстройства мозгового кровообращения - возможности метаболической терапии. Русский медицинский журнал. 2008;5:274-276. [Kamchatnov PR. Chronic disorders of cerebral circulation - the possibilities of metabolic therapy. Russkij Medicinskij Zhurnal. 2008;5:274-276. (In Russ.)].
  40. Пантогам и Пантогам актив. Клиническое применение и фундаментальные исследования. Сборник научных статей. Под ред. В.М. Копелеви-ча. М.: Триада-фарм; 2009. [Pantogam i Pantogam aktiv. Klinicheskoeprim-enenie i fundamental'nye issledovaniia. Sbornik nauchnykh statei. Pod red. V.M. Kopelevicha. Moskva: Triada-farm; 2009. (In Russ.)].
  41. Смулевич А.Б., Волель Б.А., Терновая Е.С., Никитина Ю.М. Применение препарата пантогам актив (D-, L-гопантеновая кислота) в терапии когнитивных и тревожных расстройств у пациентов с артериальной гипертензией. Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2015;115(12):40-49. [Smulevich AB, Volel' BA, Ternovaya ES, Nikitina YuM. The use of the drug pantogam active (D-, L-gopanthenic acid) in the therapy of cognitive and anxiety disorders in patients with arterial hypertension. Zhurnal Nevrologii i Psikhiatrii im. S.S. Korsakova. 2015;115(12):40-49. (In Russ.)]. doi.org/10.17116/jnevro201511511240-49
  42. Путилина М.В. Тревожные расстройства у пациентов с гипертонической энцефалопатией. Медицинский совет. 2011;3-4:107-110. [Putilina MV. Anxiety disorders in patients with hypertensive encephalopathy. Medicinskij Sovet. 2011;3-4:107-110. (In Russ.)].
  43. Медведев М.Э., Албантова К.А. Пантогам актив при лечении невротических, связанных со стрессом, и соматоформных расстройств у больных кардиологического стационара. Consilium Medicum. 2009;2:15-19. [Medvedev ME, Albantova KA. Pantogam is an active in the treatment of neurotic, stress-related, and somatoform disorders in patients with a cardiac hospital. Consilium Medicum. 2009;2:15-19. (In Russ.)].
  44. Конради А.О., Полуничева Е.В. Недостаточная приверженность к лечению артериальной гипертензии: причины и пути коррекции. Артериальная гипертензия. 2004;10(3):12-15. [Konradi AO, Polunicheva EV. Inadequate adherence to the treatment of hypertension: the causes and ways of correction. Arterial'naya Gipertenziya. 2004;10(3):12-15. (In Russ.)].
8 декабря 2018 г.
Комментарии (видны только специалистам, верифицированным редакцией МЕДИ РУ)
Если Вы медицинский специалист, войдите или зарегистрируйтесь
Связанные темы:
Деменция и болезнь Альцгеймера - статьи

МЕДИ РУ в: МЕДИ РУ на YouTube МЕДИ РУ в Twitter МЕДИ РУ на FaceBook МЕДИ РУ вКонтакте Яндекс.Метрика