Деменции у пациентов молодого и среднего возраста: Деменция при наркомании / Стероид-чувствительная и аутоиммунная энцефалопатия

Статьи И. В. Дамулин

Предыдущий раздел | Оглавление

Деменция при наркомании


Одной из причин развития когнитивных нарушений, особенно у лиц молодого возраста, является наркомания. Не вызывает сомнений неблагоприятное влияние наркотических веществ, включая марихуану, на деятельность головного мозга, что проявляется широким спектром нарушений, в том числе, и лобной дисфункцией.

1. Марихуана
Марихуана, обладающая транквилизирующим, эйфорическим и галлюциногенным действием, является одним из наиболее широко употребляемых наркотических веществ. Только в США ее употребляют 4% населения, пик приходится на возрастную группу от 18 до 29 лет. Более чем 72 миллиона американцев в возрасте старше 12 лет (33% населения) пробовали этот наркотик, по меньшей мере, один раз в жизни. Сходная ситуация наблюдается и в Европе [20].

В конопле содержится несколько фармакологически активных веществ, среди них наиболее выраженными психоактивными свойствами обладает тетрагидроканнабинол. Период полужизни этого вещества составляет около 4 часов, однако пролонгированный эффект тетрагидроканнабинола и его метаболитов связан со способностью депонироваться в жировой и мышечной ткани. От 30 до 60% тетрагидроканнабинола выделяется с калом, остальное - с мочой.

Влияние марихуаны на структуры центральной нервной системы связывают с воздействием на бензодиазепиновые рецепторы лимбической системы и мозжечка, а также с возможной ГАМК-ергической активностью. Тетрагидроканнабинол диффузно накапливается в головном мозге, однако его наибольшая концентрация, отчасти объясняющая психотоксический эффект, отмечается в области базальных ганглиев и мозжечке, несколько меньше - в гиппокампе и коре. В настоящее время препарат на основе марихуаны, содержащий тетрагидроканнабинол и каннабидиол (Saivex), используется в некоторых странах для лечения нейропатической боли при рассеянном склерозе. Также марихуана иногда используется для купирования тошноты.

Центральные эффекты марихуаны можно разделить на острые и хронические. Острые эффекты возникают через несколько минут при ингаляционном использовании этого наркотика и через 30-60 минут - при пероральном приеме, продолжаются они обычно от 6 до 12 часов с максимальной выраженностью в первые 1-2 часа. Они заключаются в появлении эйфории, что сопровождается ощущением спокойствия, дремотой, субъективным чувством «замедления времени», а также склонностью к парадоксальной возбудимости, нарушениями координации и повышением аппетита [34]. В ряде случаев вместо эйфории и релаксации возникает дисфория, что может приводить к суицидам или агрессивному поведению. Кроме того, возможно развитие тревоги, дезориентировки, деперсонализации, иллюзий и галлюцинаций (наиболее часто зрительных). Также может отмечаться тахикардия и ортостатическая гипотензия. Хронические эффекты марихуаны в основном проявляются в когнитивной сфере, однако в редких случаях возможно развитие эпилептических припадков.

В настоящее время показано неблагоприятное влияние марихуаны на когнитивные функции - не вызывающий сомнений острый эффект, проявляющийся нарушениями внимания и памяти, а также расстройствами зрительно-моторной координации, который отмечается в промежутке от 12 до 24 часов после употребления этого наркотика; и клинически менее выраженный и не всеми подтверждаемый эффект (в основном, также страдает внимание и память) при длительном употреблении марихуаны, генез которого, возможно, связан с накоплением в организме тетрагидроканнабинола и изменениями ауторегуляции церебральной гемодинамики. Употребление марихуаны рассматривается как фактор риска возникновения шизофрении, хотя психозы, которые возникают на фоне употребления марихуаны, несколько отличны от психозов при шизофрении.

Любопытно заметить, что в некоторых методически небезупречных работах, проведенных в конце 70-х - начале 80-х годов XX века, неблагоприятное влияние марихуаны на когнитивные функции либо не было выявлено, либо даже отмечалось лучшее выполнение нейропсихологических тестов на фоне употребления этого наркотика [67]. Однако в последующих исследованиях было продемонстрировано неблагоприятное влияние длительного (более 25 лет) употребления марихуаны на внимание и память [34; 67]. У лиц, длительно использующих этот наркотик, даже после 28-дневного периода воздержания (каннабиоиды могут выявляться в моче в течение 21 дня после употребления, что обусловлено их способностью депонироваться в жировой ткани) отмечены нарушения слухоречевой и зрительной памяти, исполнительных и зрительнопространственных функций, скорости психомоторных реакций, при этом на результат выполнения нейропсихологических тестов в основном влияло количество употребляемого наркотика, а не длительность его употребления [21]. Кроме того, имеющийся дефект не имел тенденции к регрессу за период 28 дней абстиненции [21], хотя раньше и сообщалось о его обратимости в течение 24 дней абстиненции [54].

Результаты нейропсихологического тестирования подтверждались электрофизиологическими данными - у пациентов было выявлено удлинение латентного периода потенциала P300, а также с помощью компьютерных тестов, позволяющих детально оценить функцию внимания [67]. В настоящее время предположена гипотеза, объясняющая возникновение когнитивных расстройств при длительном применении марихуаны лобно-мозжечковой дисфункцией, что подтверждается результатами нейропсихологических исследований [21] и методов нейровизуализации [34; 67]. Кроме того, имеющиеся нарушения памяти свидетельствуют о дисфункции гиппокампа. В этой связи любопытно заметить, что в литературе имеется описание случая транзиторной глобальной амнезии на фоне употребления марихуаны, по мнению авторов, связанного с временной блокадой каннабиноидных рецепторов гиппокампа, а не с вазоспазмом и ишемией этой зоны (по данным однофотонной эмиссионной компьютерной томографии сосудистых изменений у пациента выявлено не было) [63]. Нарушение функций префронтальных отделов у лиц, употребляющих марихуану, носит пороговый характер и в немалой степени зависит от нейронального резерва (в частности, этот резерв выше у лиц с высоким уровнем образования). Преимущественное поражение префронтальных отделов, мозжечка и гиппокампа при употреблении марихуаны может быть связано со значительной концентрацией в этих отделах каннабиоидных рецепторов.

2. Кокаин
Кокаин является натуральным алкалоидом, который получают из листьев Erythroxylon coca. В XIX веке он использовался в качестве местного анестетика (в этом качестве он продолжает применяться и в настоящее время), а также для лечения депрессии и алкогольной зависимости. В частности, Зигмунд Фрейд назначал кокаин при депрессии, кахексии и астматических нарушениях. В настоящее время кокаин рассматривается как одно из наиболее распространенных наркотических веществ. Только в США более 1,5 миллионов человек (0,7% всей популяции в возрасте 12 лет и старше) применяют его регулярно. Почти половина из них - это лица в возрасте 26 лет и старше. В большинстве случаев препарат вводится интраназально или внутривенно, а также ингаляционно (крэк); подкожный или внутримышечный путь введения используется редко из-за выраженного вазоконстрикторного эффекта.

Кокаин, являясь симпатомиметиком, приводит к цереброваскулярным нарушениям, воздействуя на АД и тонус сосудов, вызывая длительный вазоспазм, увеличивая синтез тромбоксана и повышая склонность тромбоцитов к тромбообразованию, а также увеличивает риск кардиогенных эмболий. Причиной летальных исходов являются кардиальные аритмии, инфаркт миокарда, не поддающиеся терапии эпилептические припадки, инсульты и диссекция аорты. Инсульты обычно развиваются в первые 3 часа после употребления кокаина. Геморрагические инсульты отмечаются чаще ишемических, причем имеют значение и предрасполагающие к возникновению кровоизлияния факторы - почти у 50% больных с геморрагическим инсультом, употребляющих кокаин, при детальном обследовании выявляется артериовенозная мальформация или аневризма [30]. Также причиной превалирования геморрагических инсультов могут быть септический артериит или микотические аневризмы (при парентеральном введении наркотика). Симпатомиметическая активность кокаина также проявляется возникновением мидриаза, тахипноэ, гипергликемии и гипертермии. Серьезным осложнением является рабдомиолиз, приводящий к острой почечной недостаточности. Кроме того, у лиц, употребляющих кокаин, нередко отмечаются нарушения сна и сексуальные расстройства.

Поскольку применение кокаина является фактором риска возникновения острых нарушений мозгового кровообращения, в неврологическом статусе может выявляться симптоматика, обусловленная перенесенным инсультом (или инсультами). Также описаны случаи ишемической миелопатии с клиникой синдрома Броун-Секара. У некоторых больных в неврологическом статусе могут выявляться различного рода гиперкинетические расстройства (тики, дистония, хореиформные гиперкинезы), обусловленные непосредственным влиянием кокаина на допаминергическую систему. В большинстве случаев эти гиперкинезы носят преходящий характер и регрессируют в течение 2-6 дней.

В основе эйфории и возникновения зависимости лежит влияние кокаина на допаминергическую систему. При хроническом использовании возникновение центральных неврологических нарушений может быть обусловлено и вовлечением других нейротрансмиттерных систем, особенно серотонинергической системы.

Нейропсихические нарушения (включая головные боли, эпилептические припадки, острые нарушения мозгового кровообращения) отмечаются почти у 40% лиц, употребляющих кокаин. Также возможно развитие депрессии, слуховых и зрительных галлюцинаций, клептомании, кататонии. Эти лица могут быть склонны к совершению агрессивных действий. Исследования, посвященные изучению когнитивных расстройств у лиц, употребляющих кокаин, начали активно проводиться с 80-х годов прошлого столетия. Было показано, что с применением кокаина связано развитие нарушений памяти, внимания, праксиса и исполнительных функций. Довольно характерны для этой категории больных нарушения лобного типа, проявляющиеся, в частности, увеличением числа ошибок персеверативного типа при выполнении Висконсинского теста сортировки карточек [21; 67]. Выраженность когнитивных расстройств, особенно обусловленных дисфункцией передних отделов головного мозга, существенно нарастает при одновременном применении алкоголя или других наркотиков. Именно лобный дефект нередко лежит в основе безуспешности попыток прекратить прием кокаина. Следует заметить, что при прекращении приема этого наркотика когнитивные расстройства могут частично регрессировать [67] - нередко несмотря на сохранение нейровизуализационных изменений [30].

Хроническое употребление кокаина приводит к церебральной атрофии (внутренней и наружной) и патологии белого вещества полушарий головного мозга, что наиболее характерно для лиц, имеющих когнитивные расстройства. У данной категории больных возрастает риск развития обсессивно-компульсивных расстройств. При КТ и МРТ головного мозга могут визуализироваться очаговые изменения, связанные с инсультом. По данным методов функциональной нейровизуализации выявляются множественные зоны церебральной гипоперфузии, особенно в передних отделах головного мозга [30]. Подобные изменения могут выявляться даже у клинически сохранных лиц, у которых отсутствуют изменения на компьютерных томограммах. Исследования с применением позитронной эмиссионной томографии показали, что даже у клинически здоровых лиц после 3 месяцев абстиненции сохраняется снижение уровня метаболизма глюкозы в лобных отделах [69]. Генез подобных изменений может быть обусловлен как непосредственным нейротоксическим действием кокаина, так и носить вторичный - реализующийся через поражение сосудов - характер.

3. Амфетамины и амфетаминоподобные вещества
Еще одной группой препаратов с наркотическим потенциалом являются амфетамины. Следует заметить, что амфетамины используются в медицинской практике в основном у детей и подростков для лечения синдрома нарушения внимания с гиперактивностью. У взрослых эти препараты применяются также при синдроме нарушения внимания с гиперактивностью, нарколепсии, потере веса и иногда при депрессии. Обычно назначаемые с терапевтической целью дозы (от 5 до 60 мг в сутки метамфетамина) несоизмеримо малы с используемыми лицами с наркотической зависимостью дозировками (от 500 до 3500 мг в сутки) [31].

Среди амфетаминов особое внимание уделяется 3,4-метилендиокси-метамфетамину (экстази). Это вещество было синтезировано в 80-х годах XX века и при использовании вызывает прилив сил, ощущение эйфории, расторможенность продолжительностью от 3 до 6 часов.

Амфетамины, подобно кокаину, способны провоцировать возникновение психозов и инсультов (чаще отмечается геморрагический инсульт) [30]. Клинические особенности, патогенетические механизмы и нейровизуализационные изменения при этих инсультах аналогичны характеристикам инсультов при использовании кокаина. Обычно инсульт развивается в первые часы после употребления препаратов этой группы, сопровождается головной болью и проявляется очаговой неврологической симптоматикой, а в ряде случаев - нарушениями сознания. Изменения церебральных сосудов заключаются в длительно существующей вазоконстрикции (что подтверждается результатами ангиографии) и приводят к тромбозам. Для лиц, которые на протяжении длительного периода времени используют амфетамины внутривенно, характерно развитие васкулита. В случае васкулита с преимущественным поражением мелких сосудов результаты ангиографии могут не выявлять каких-либо отклонений от нормы. В редких случаях возможно развитие тяжелого некротизирующего васкулита с поражением многих органов и систем, по своим патоморфологическим характеристикам сходным с узелковым периартериитом.

Длительное использование амфетаминов приводит к когнитивным расстройствам лобного типа, а также к нарушениям внимания и слухоречевой памяти, что связано с повреждением нейронов по данным МР-спектроскопии, особенно коры лобных долей. При этом в области гиппокампа существенных изменений по данным МР-спектроскопии не отмечено [50]. Непосредственной причиной гибели нейронов является повреждение мембран митохондрий с развитием оксидантного стресса и избыточным поступлением ионов кальция в клетки. Происходит повышение активности ряда ферментов, включая протеинкиназу С, кальций/кальмодулин-зависимую протеинкиназу II, фосфолипазы, протеазы, NO-синтетазу, эндонуклеазы и орнитиндекарбоксилазу. Эти и другие ферменты в данной ситуации приводят к нарушению структуры внутриклеточных белков, еще большему образованию свободных радикалов и активации процессов перекисного окисления липидов. В норме во всех клетках существуют механизмы, способные регулировать содержание свободных радикалов. Однако при уменьшении содержания подобных агентов - пероксидазы, каталазы, глутатионпероксидазы, убихинонов, а также уменьшении содержания глутатиона - происходит активизация окисления липидов и ДНК. Значительная подверженность головного мозга патологическим изменениям, обусловленным оксидантным стрессом, связана с целым рядом причин: высоким содержанием в ткани мозга полиненасыщенных жирных кислот, высоким уровнем - по сравнению с другими тканями организма - утилизации кислорода (составляя 2-3% веса тела, он потребляет 20% кислорода), наличием высокой концентрации ионов железа и относительным дефицитом защитных механизмов.

Для амфетаминовых производных характерно влияние на несколько нейтротрансмиттерных систем - допаминергическую, серотонинергическую, ГАМК-ергическую, ацетилхолинергическую. В частности, с влиянием на ацетилхолинергическую систему, возможно, связано развитие психозов. Причем психозы могут возникать спустя месяцы или даже годы после прекращения приема этих препаратов. 3,4-метилендиоксиметамфетамин (экстази) может вызывать селективное нарушение слухоречевой и зрительной памяти - при относительной сохранности других когнитивных функций, что связывают с его влиянием на серотонинергическую систему [67]. Причем, эти расстройства могут возникать не только при длительном применении данного наркотика, но и при его разовом использовании. Последнее существенно отличает 3,4-метилендиоксиметамфетамин от большинства других наркотических веществ. Мнестическиерасстройства сохраняются даже после 6-месячного периода абстиненции, а эксперименты на приматах свидетельствуют о длительном - более 7 лет - существовании серотонинергического дефекта, возникшего под влиянием 3,4-метилендиоксиметамфетамина. Наиболее подвержены развитию подобных нарушений лица с преморбидно низким уровнем интеллекта. Считается, что ведущую роль в генезе мнестических расстройств играет дисфункция височных отделов. Помимо нарушений памяти на фоне применения 3,4-метилендиоксиметамфетамина также могут возникнуть нарушения исполнительных функций, хотя это подтверждается не всеми авторами, а полученные к настоящему времени данные довольно противоречивы [67].

4. Фенциклидин
Фенциклидин, обладающий свойствами анестетика, используется перорально, интраназально или ингаляционно. Первоначально он разрабатывался как дополнительный препарат для анестезии, обладающий транквилизирующими свойствами, однако в практике почти сразу перестал использоваться из-за своих галлюциногенных свойств. Любопытно заметить, что в настоящее время сходные по химическому строению с фенциклидином вещества активно изучаются как нейропротекторы в условиях церебральной ишемии.

Фенциклидин может вызывать галлюцинации, механизм его действием обусловлен влиянием на несколько нейротрансмиттерных систем, включая допаминергическую и ацетилхолинергическую системы [30]. Важным механизмом действия этого препарата является блокада глутаматергических NMDA-рецепторов.

Возникающие при использовании фенциклидина нарушения носят дозо-зависимый характер и проявляются вегетативными расстройствами (гипергидроз, повышение АД, тахикардия), в больших дозах может развиться состояние спутанности сознания, сопровождающееся атаксией, дизартрией и нистагмом. В тяжелых случаях возникают судороги, дистонические постуральные нарушения и кома. Психозы, возникающие при использовании фенциклидина, напоминают психозы при шизофрении, а его применение больными шизофренией может спровоцировать обострение заболевания. Влияние фенциклидина на когнитивные функции проявляется мнестическими расстройства и нарушениями внимания [67].

5. Опиоиды
Опиоиды характеризуются широкой распространенностью - только в США у 800000 человек имеется зависимость от этой группы наркотических препаратов [33]. При этом летальность у данной категории лиц существенно выше, чем у лиц, употребляющих другие наркотические вещества, включая фенциклидин и кокаин. Большинство лиц, употребляющих опиоиды, умирает на 3-й декаде жизни.

Все опиоиды могут вызывать эйфорию и обладают свойствами анальгетиков. Механизм их действия на центральную нервную систему реализуется с участием нескольких нейротрансмиттерных систем, однако ведущее значение, разумеется, имеет опиоидная система. Возникновение эйфории связывают со стимуляцией мю- и сигма-опиоидных рецепторов. Напротив, стимуляция каппа-рецепторов сопровождается развитием дисфории. Непосредственная реализация подобных влияний происходит с участием допаминергического nucleus accumbens, активация которого происходит при раздражении мю- и сигма-опиоидных рецепторов, а снижение активности -при раздражении каппа-рецепторов. Подавляющее большинство опиоидов, способных вызывать зависимость, является агонистами мю-опиоидных рецепторов.

Неблагоприятное действие опиоидов на когнитивную сферу менее изучено, чем неблагоприятный эффект марихуаны или амфетаминов. Было показано, что сразу после использования героина отмечаются нарушения слухоречевой и зрительной памяти, внимания, снижается скорость психомоторных реакций - при относительной сохранности исполнительных функций [67]. Нарушения в когнитивной сфере подтверждаются результатами исследования когнитивного вызванного потенциала P300 - изменения выявляются даже после 15 дней, свободных от приема наркотиков.

Несколько иной характер носит влияние длительного приема опиоидов на когнитивную сферу. В этом случае более значительно страдают исполнительные функции, особенно контроль за выполнением заданий [67]. Имеется корреляционная зависимость между результатами выполнения Висконсинского теста сортировки карточек и тяжестью опиоидной зависимости. Однако ни продолжительность подобного когнитивного дефекта, ни его потенциальная обратимость до настоящего времени не изучены. Определенная избирательность поражения лобных отделов, особенно серого вещества, подтверждается результатами исследований с использованием МР-спектроскопии [37].

Рассматривая когнитивные нарушения при использовании опиоидов следует учитывать многофакторность их возникновения - например, при внутривенном (в практике - наиболее употребительном) введении героина поражение головного мозга может быть обусловлено инфекционными причинами, включая ВИЧ, или инсультом (в частности, на фоне бактериального эндокардита). Поскольку героин не приводит к значительному повышению АД, причиной геморрагического инсульта может быть инфекционный артериит или микотическая аневризма. В целом, инфекционные осложнения при использовании опиоидов встречаются чаще, чем при использовании амфетаминов или кокаина. Кроме того, в практике могут встретиться случаи постаноксической энцефалопатии, обусловленной передозировкой опиоидов и нарушениями легочносердечной деятельности. В этой связи следует заметить, что поражение лобных отделов у лиц, применяющих героин внутривенно, как считается, может быть связано с повторными эпизодами гипоксии [37].

Стероид-чувствительная и аутоиммунная энцефалопатия


У небольшого числа больных с деменцией молодого возраста отмечается улучшение на фоне иммуносупрессивной терапии. Эти состояния, которые обозначают как «стероид-чувствительные энцефалопатии», патогенетически весьма гетерогенны и, вероятно, связаны с аутоиммунными нарушениями [61]. У некоторых из этих больных в основе заболевания лежит васкулит. Патогенетическое значение выявляемых в части случаев антител остается неясным. Считается, что возникновение «стероид-чувствительных энцефалопатий» может быть связано с патологией ионных каналов (в частности, калиевых каналов), однако нозологическая самостоятельность этих состояний является предметом дискуссий [61].

Среди других причин деменции у молодых следует упомянуть болезнь Гентингтона, болезнь Крейтцфельдта-Якоба, рассеянный склероз, инфекционные (энцефалиты, нейросифилис и др.) и посттравматические поражения нервной системы, а также ряд других заболеваний, включая синдром Дауна, мультисистемную атрофию и кортикобазальную дегенерацию [61].

Заключение


Таким образом, несмотря на то, что деменции существенно чаще встречаются у пациентов старших возрастных групп, эта проблема важна и у больных более молодого возраста. При этом деменции у молодых имеют свою специфику, которая в значительной мере обусловлена спектром заболеваний, лежащих в основе развития когнитивного дефекта. Значительное многообразие нозологических форм требует от врача проведения тщательного дифференциального диагноза. В более значительном проценте случаев, по сравнению с лицами пожилого и старческого возраста, развитие деменции у данной категории больных не носит спорадический характер, а связано с наследственными заболеваниями. Даже среди нозологических форм первично-дегенеративного генеза имеются те, которые присущи в основном молодым больным и крайне редко встречаются среди лиц в возрасте 65 лет и старше (например, деменция лобно-височного типа).

Важной клинической особенностью когнитивных нарушений у молодых является развитие т.н. «деменции-плюс», когда расстройства высших мозговых функций сочетаются с иными нарушениями, в первую очередь, двигательными (геми- или парапарез, атаксия, апраксия ходьбы, паркинсонизм) или полиневропатическими расстройствами. При этом когнитивный дефект может носить субкортикальный характер, что в практической деятельности может вызывать трудности проведения дифференциального диагноза с псевдодеменцией. Ситуация еще больше усложняется, когда у больных помимо когнитивных нарушений развиваются поведенческие и эмоционально-личностные расстройства - при относительной сохранности собственно мнестических функций. Именно в подобных случаях так важна правильная комплексная оценка всех имеющихся нарушений, динамики их развития, что позволяет своевременно поставить правильный диагноз и нередко назначить этиотропное и симптоматическое лечение, улучшив таким образом течение и прогноз заболевания. Среди возможных вариантов терапии препаратом выбора может быть Вазобрал, обладающий целым спектром действий, направленных на коррекцию патогенетических процессов, приводящих к вероятному развитию деменции.

ЛИТЕРАТУРА


1. Астапенко А.В., Овсянкина Г.И. Применение вазобрала для лечения начальных проявлений цереброваскулярной недостаточности. //Мед. новости. - 2002. - №4. -С.56-59
2. Буссер М.Г., Жутель А., Шабриа Х. и соавт. ЦАДАСИЛ - церебральная аутосомно-доминантная артериопатия с субкортикальными инфарктами и лейкоэнцефалопатией. //Невролог. журн. -1997. -№3. -С.20-25
3. Дамулин И.В. Болезнь Альцгеймера и сосудистая деменция. Под ред. Н.Н.Яхно. -М., 2002.
4. Дамулин И.В., Павлова А.И. Деменция лобного типа. //Невролог. журн. -1997. -№1. -С.37-42.
5. Дамулин И.В., Шмидт Т.Е. Неврологические расстройства при алкоголизме. //Невролог, журн. -2004. -Т.9, №2. -С.4-10
6. Захаров В.В., Яхно Н.Н. Нарушения памяти. -М.: ГЭОТАР-МЕД, 2003. -160 с.
7. Карп Г.Р. Лечение деменции у взрослых. /В кн.: Лечение нервных заболеваний. Под ред. В.К.Видерхольта. Пер с англ. -М.: Медицина, 1984. -С.170 -188
8. Коровайцева Г.И., Кирьянов С.А., Голимбет В.А. и соавт. Анализ ассоциации аполипопротеина АроЕ ε4 с болезнью Альцгеймера и сенильной деменцией альцгеймеровского типа. /В сб.: Болезнь Альцгеймера: достижения в нейробиологии, диагностике и терапии. Тез. докл. - М., 1996. - С.41-42.
9. Международная статистическая классификация болезней и проблем, связанных со здоровьем. Десятый пересмотр. (МКБ-10). Т.1 (часть 1). -Женева: ВОЗ, 1995. -С.315, 510-511.
10. Петунина Н.А. Гипотиреоз. //Справочник поликлинического врача. -2009. -№.12. -С.38-42.
11. Рогаев Е.И. Последние достижения молекулярной генетики болезни Альцгеймера: на пути к ДНК-диагностике. /В сб.: Болезнь Альцгеймера: достижения в нейробиологии, диагностике и терапии. Тез. докл. -М., 1996. - С.6-8.
12. Спирин Н.Н., Александров Ю.К., Касаткина Е.Л. и соавт. Неврологические аспекты нарушения функции щитовидной железы. Метод. пособие. -Ярославль: Ремдер, 2007. -40 с.
13. Яхно Н.Н. Актуальные вопросы нейрогериатрии. /В сб.: Достижения в нейрогериатрии. Под ред. Н.Н.Яхно, И.В.Дамулина. - М.: ММА, 1995, Ч.1. - С.9-29.
14. Яхно Н.Н. Когнитивные расстройства в неврологической клинике. //Невролог, журн. - 2006. - Т. 11, прилож.1. -С.4-12
15. Яхно Н.Н., Захаров В.В., Локшина А.Б. и соавт. Деменции. Рук-во для врачей. -2-ое изд. -М.: МЕДпресс, 2010. -272 с.
16. Abend W.K., Tyler H.R. Thyroid disease and the Nervous System. /In: Neurology and General Medicine. The Neurological Aspects of Medical Disorders. Second edition. Ed. by M.J.Aminoff. -Chapter 18. -New York etc.: Churchill Livingstone, 1995. -P.333-347.
17. Abyad A. Prevalence of vitamin B12 deficiency among demented patients and cognitive recovery with cobalamin replacement. //J. Nutr. Health Aging. -2002. -Vol.6, N.4. -P.254-260
18. Allo S., Moulignier A. Posterior cortical atrophy: 5-years of neuropsychological follow-up. //In: European Neurological Society. Scientific Programme of the 11th Meeting. Abstracts. -Paris, 2001. -P.601.
19. Appel B., Baudoux F., Dubois-Jouan C. et al. Double-blind controlled trial of an association of dihydroergokriptine mesylate and caffeine (Vasobral) in ambulatory medicine. //Vie Med. -1983. -Vol.1. -P.39-41
20. Bersani G., Orlandi V., Kotzalidi G.D., Pancheri P. Cannabis and schizophrenia: impact on onset, course, psychopathology and outcomes. // Eur. Arch. Psychiatry Clin. Neurosci. -2002. -Vol.252. -P.86-92
21. Bolla K.I., Brown K., Eldreth D. et al. Dose-related neurocognitive effects of marijuana use. // Neurology. -2002. -Vol.59. -P.1337-1343
22. Bousser M.G., Tournier-Lasserve E. The story of CADASIL. //In: Abstracts of the XVII World Congress of Neurology. -London, 2001. -P.S5
23. Bracco L., Gallato R., Grigoletto F. et al. Factors affecting course and survival in Alzheimer’s disease. //Arch. Neurol. -1994. -Vol.51. -P. 1213-1219.
24. Butters M.A., Lopez O.L., Becker J.T. Focal temporal lobe dysfunction in probable Alzheimer’s disease predicts a slow rate of cognitive decline. //Neurology. -1996. -Vol.46. -P.687-692.
25. Cappa A., Calcagni M.L., Villa G. et al. Brain perfusion abnormalities in Alzheimer’s disease: comparison between patients with focal temporal lobe dysfunction and patients with diffuse cognitive impairment. //J. Neurol. Neurosurg. Psychiatr. -2001. -Vol.70. -P.22-27.
26. Cervilla J.A., Prince M., Mann A. Smoking, drinking, and incident cognitive impairment: a cohort community based study included in the Gospel Oak project. //J. Neurol. Neurosurg. Psychiatry. -2000. -Vol.68. -P.622-626
27. Clark C.M. Metabolic and nutritional disorders associated with dementia. /In: Handbook of Dementing Illnesses. Ed. by J.C.Morris. -New York etc.: Marcel Dekker, Inc., 1994. -P.413-439
28. Cummings J.L. Clinical diagnosis of Alzheimer’s disease. /In: Alzheimer’s Disease. Treatment and Long-Term Management. Ed. by J.L.Cummings, B.L.Miller. -New York, Basel: Marcel Dekker, Inc., 1990. -P.3-19.
29. Donaghy M. Toxic and environmental disorders of the nervous system. /In: Brain’s Diseases of the Nervous System. Tenth edition. Ed. by J.Walton. -Oxford etc.: Oxford University Press, 1993. -P.513-529
30. Enevoldson T.P. Recreational drugs and their neurological consequences. //J. Neurol. Neurosurg. Psychiatry. -2004. -Vol.75 (Suppl.3). -P.iii9-iii15
31. Ernst T., Chang L., Leonido-Yee M., Speck O. Evidence for long-term neurotoxicity associated with methamphetamine abuse. //Neurology. -2000. -Vol.54. -P.1344-1349.
32. Estruch R., Bono G., Laine P. et al. Brain imaging in alcoholism. //Eur. J. Neurol. -1998. -Vol.5. -P. 119-135
33. Fiellin D.A., O'Connor P.G. Office-based treatment of opioid-dependent patients. //N. Engl. J. Med. -2002. -Vol.347. -P.817-823
34. Graf W.D. Dementia in metabolic disorders of children and adults. /In: Handbook of Secondary Dementias. Ed. by R.Kurlan. -New York, London: Taylor & Francis, 2006. -P.203-299
35. Greenberg D.A., Aminoff M.J., Simon R.P. Clinical Neurology. Fifth edition. Chapter 1: Disorders of Consciousness. -New York etc.: Lange Medical Books/McGraw-Hill, 2002. -P.1-70
36. Harper C., Corbett D. Alcoholism and dementia. /In: The Neuropathology of Dementia. Ed. by M.M.Esiri, J.H.Morris. -Cambridge: Cambridge University Press, 1997. -P.294-306
37. Haselhorst R., Dursteler-MacFarland K.M., Scheffler K. et al. Frontocortical N-acetylas-partate reduction associated with long-term IV heroin use. //Neurology. -2002. -Vol.58. -P.305-307
38. Hulette C.M., Pannell C., Ervin J.F. et al. Vascular abnormalities in apoe4,4 and apoe3,3 Alzheimer's disease. //Neurobiol. Aging. -2000. -Vol.21, N.1S. -P.S271.
39. Kalaria R.N., Burn D.J., Bushby K. et al. CADA-SIL and familial multi-infarct dementia in British families. //In: Abstracts of the XVII World Congress of Neurology. -London, 2001. -P.S27
40. Khalil R., Viallet F., Szymanski-Lieutaud J. Psychometric investigation of the effects of vasobral on structural memory factors. //Vie Med. -1990. -Vol.6. -P.233-240
41. Kinirons P., Doherty C.P. Neurological manifestations of thyroid disease. /In: Neurological Therapeutics Principles And Practice. Second edition. Ed.-in-Chief J.H.Noseworthy. -Vol.2, Chapter 140. -Abingdon: Informa Healthcare, 2006. -P.1623-1634.
42. Klein C.M. Peripheral neuropathy associated with hypothyroidism and acromegaly. /In: Neurological Therapeutics Principles And Practice. Second edition. Ed.-in-Chief J.H.Noseworthy. -Vol.3, Chapter 192. -Abingdon: Informa Healthcare, 2006. -P.2273-2281.
43. Lopez O.L., Becker J.T. Pattern of progression in Alzheimer's disease. /In: Dementia and cognitive impairments. Eds.Vellas B. J. et al. Facts and research in gerontology. 1994 (Supplement). - P. 53-63.
44. McCombe P. Toxic and deficiency states. /In: Drug Therapy in Neurology. Ed. by M.J.Eadie. Chapter 20. -Edinburgh etc.: Churchill Livingstone, 1992. -P.549-571
45. McKeith I.G., Fairbairn A.F., Perry R.H. Clinical diagnostic criteria for Lewy body dementia. // Dementia. -1992. -Vol.3. -N.4. -P.251-252.
46. Mitsuyama Y. Dementia with motor neuron disease versus frontal lobe dementia. /In: Alzheimer’s Disease: Biology, Diagnosis and Therapeutics. Editors: K.Iqbal et al. -Chichester etc: John Wiley & Sons, 1997. -P. 161-165,
47. Morris J.H. Alzheimer’s disease. /In: The Neuropathology of Dementia. Ed. by M.M.Esiri, J.H.Morris. -Cambridge: Cambridge University Press, 1997. -P.70-121.
48. Murman D.L., Foster N.L., Kilgore S.P. et al. Apolipoprotein E and Alzheimer’s disease: strength of association is related to age of onset. //Dementia. -1996. -Vol.7. -P.251-255.
49. Neary D. Non Alzheimer’s disease forms of cerebral atrophy. //J. Neurol. Neurosurg. Psychiatry. -1990. - Vol.53. - P.929-931
50. Obergriesser T., Ende G., Braus D.F., Henn F.A. Hippocampal 1H-MRSI in ecstasy users. //Eur. Arch. Psychiatry Clin. Neurosci. -2001. -Vol.251. -P. 114-116
51. Ogunniyi A.O., Baiyewu O., Murrell J.R. et al. APOE ε4 is not a significant risk factor for AD in Nigerian Africans. //Neurobiol. Aging. -2000. -Vol.21, N.1S. -P.S100
52. Patel N.B., Kalaria R.N., Kioy P. et al. High APOE-ε allele frequencies in elderly Kikuyu in Kenya. //Neurobiol. Aging. -2000. -Vol.21, N.1S. -P.S64
53. Perkin G.D., Murray-Lyon I. Neurology and the gastrointestinal system. //J. Neurol. Neurosurg. Psychiatry. -1998. -Vol.65. -P.291-300
54. Pope H.G., Gruber A.J., Hudson J.I. et al. Neuropsychological performance in longterm cannabis users. //Arch. Gen. Psychiatry . -2001. -Vol.58. -P.909-915
55. Prasad K.N., Cole W.C., Hovland A.R. et al. Multiple antioxidants in the prevention and treatment of neurodegenerative disease: analysis of biologic rationale. //Curr. Opin. Neurol. -1999. -Vol.12, N.6. -P.761-770
56. Pryse-Phillips W., Wahlund L.-O. Other dementias. /In: Diagnosis and Management of Dementia. A Manual for Memory Disorders Teams. Ed. by G.K.Wilcock et al. -Oxford: Oxford University Press, 1999. -P.252-276
57. Ratti M.T., Bo P., Giardini A., Soragna D. Chronic alcoholism and the frontal lobe: which executive functions are impaired? //Acta Neurol. Scand. -2002. -Vol.105. -P.276-281
58. Renner J.A, Morris J.C. Alcohol-associated dementia. /In: Handbook of Dementing Illnesses. Ed. by J.C.Morris. -New York etc.: Marcel Dekker, Inc., 1994. -P.393-412
59. Reynolds E.H. Folic acid, ageing, depression, and dementia. //Brit. Med. J. -2002. -Vol.324. -P.1512-1515
60. Slooter A.J.C., van Duijn C.M. Genetic epidemiology of Alzheimer’s disease. //Epidem. Rev. -1997. -Vol.19, N.1. -P.107-119.
61. Sampson E.L., Warren J.D., Rossor M.N. Young onset dementia. //Postgrad. Med. J. -2004. -Vol.80. -P. 125-139.
62. Smith J.W., Evans A.T., Costall B., Smythe J.W. Thyroid hormones, brain function and cognition: a brief review. //Neurosci. & Biobehav. Rev. -2002. -Vol.26, N.1. -P.45-60.
63. Stracciari A., Guarino M., Crespi C., Pazzaglia P. Transient amnesia triggered by acute marijuana intoxication. //Eur. J. Neurol. -1999. -Vol.6. -P.521-523/
64. The Lund and Manchester Groups. Clinical and neuropathological criteria for frontotemporal dementia. // J. Neurol. Neurosurg. Psychiatry. -1994. - Vol.57. - P.416-418.
65. Truelsen T., Thudium D., Gronbek M. Amount and type of alcohol and risk of dementia. The Copenhagen City Heart Study. //Neurology. -2002. -Vol.59. -P.1313-1319
66. Van Dyck C.H., Basso M., Yang J. et al. Apolipoprotein E ε4 allele is associated with atrophy of the amygdala in Alzheimer’s disease. //Neurobiol. Aging. -2000. -Vol.21, N.1S. -P.S39.
67. Verdejo-Garcia A., Lopez-Torrecillas F., Gimenez C.O., Perez-Garcia M. Clinical implications and methodological challenges in the study of the neuropsychological correlates of cannabis, stimulant, and opioid abuse. //Neuropsychol. Rev. -2004. -Vol.14, N.1. -P. 1-41.
68. Verkkoniemi A., Somer M., Rinne J. et al. Clinical characterization of variant Alzheimer's disease with spastic paraparesis. //Neurobiol. Aging. -2000. -Vol.21, N.1S. -P.S97.
69. Volkow N.D., Hitzemann R., Wang G.-J. et al. Long-term frontal brain metabolic changes in cocaine abusers. //Synapse. -1992. -Vol.11. -P.184-190.
70. Wahlund L.-O., Basun H., Waldemar G. Reversible or arrestable dementias. /In: Evidence-based Dementia Practice. Ed. by N.Qizilbash et al. -Oxford: Blackwell Sciences, 2002. -P.330-340.

Предыдущий раздел | Оглавление

1 апреля 2012 г.

МЕДИ РУ в: МЕДИ РУ на YouTube МЕДИ РУ в Twitter МЕДИ РУ на FaceBook МЕДИ РУ вКонтакте Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика