Ярина и Ярина Плюс

Проверенный временем контрацептив Ярина® с важным женским витамином для заботы о будущем ребенке



Инструкции:

СПКЯ: почему важна диагностика и лечение олигоановуляции?

Комментарии

L.RU.MKT.06.2018.0963


Синдром поликистозных яичников (СПКЯ) ─ распространенное (8-13% в общей популяции) эндокринное нарушение у женщин репродуктивного возраста, с которым гинеколог часто сталкивается в своей клинической практике.[1] Основными жалобами пациенток с СПКЯ являются нерегулярные менструации, гирсутизм, акне, избыточный вес / ожирение и бесплодие.[2] Вопросам нарушения менструального цикла (НМЦ) и хронической овуляторной дисфункции уделяется меньше внимания, хотя помимо бесплодия, она связана с повышением риска развития гиперплазии и даже рака эндометрия.[22]

Диагностика олигоановуляции

НМЦ встречаются у 75-85% пациенток с СПКЯ.[3,4] Длительность менструального цикла у взрослых женщин >35 дней позволяет диагностировать олигоменорею, которая в большинстве случаев отражает наличие хронической ановуляции и не требует дополнительного обследования.[3] Однако, в случае вариабельных менструальных циклов длительностью от 32 до 35 дней необходима оценка овуляции. Важно помнить, что у 10-15% пациенток с гиперандрогенией (на основании биохимических или клинических признаков) с нормальными менструальными параметрами циклы являются ановуляторными и, наоборот, хроническая ановуляция у женщин без гиперандрогении при нормальных характеристиках менструального цикла встречается редко.[3]

Измерение уровня прогестерона в сыворотке крови в средней лютеиновой фазе (20-24 дни) является наилучшим способом оценки наличия овуляция.[4] Уровни прогестерона <3-4 нг/мл могут указывать на ановуляцию, подтверждением стабильной нормальной функции желтого тела обычно служит уровень >7 нг/мл.[3] Некоторые клиницисты практикуют определение уровня прогестерона в 3-х циклах подряд, при этом совокупный показатель прогестерона в сыворотке >15 нг/мл подтверждает овуляцию. О наличии хронической ановуляции свидетельствует отсутствие овуляции в двух из трех последовательных циклов.[4]

Клиническое значение овуляторной дисфункции при СПКЯ

Бесплодие ─ главный клинический результат овуляторной дисфункции при СПКЯ. Однако регуляция менструального цикла важна еще и потому, что характерные для СПКЯ ановуляторные маточные кровотечения характеризуются высокой корреляцией с гиперплазией и раком эндометрия.[5] Вероятность развития гиперплазии эндометрия особенно возрастает на фоне повышенной активности инсулиноподобных факторов роста, при наличии гиперинсулинемии, инсулинорезистентности (ИР), ожирения и других метаболических нарушений, часто встречающихся при СПКЯ.[6] Согласно консенсусу экспертной группы Европейского Общества Репродукции Человека и Эмбриологии (ESHRE) и Американского общества репродуктивной медицины (ASRM) индуцирование менструально-подобного кровотечения рекомендуется при продолжительности менструального цикла >3 месяцев.[7]

Снижение качества жизни у пациенток с СПКЯ в большей степени обусловлено наличием ожирения и гирсутизма, чем НМЦ.8 Однако колебания настроения и различные психологические нарушения могут быть связаны с задержками менструаций, что нужно учитывать при выборе лечения.

Как лучше регулировать менструальный цикл?

 

Комбинированные оральные контрацептивы (КОК) являются терапией первого выбора для лечения СПКЯ у женщин, которым в настоящее время не нужна беременность, поскольку они оказывают комплексное благоприятное влияние на большинство симптомов и признаков этого расстройства, в том числе помогают контролировать менструальный цикл.[9,10] Конечно, должны быть исключены противопоказания для применения КОК, согласно установленным Медицинским критериям приемлемости ВОЗ для методов контрацепции.[11]

КОК значимо снижают онкологический риск у пациенток с СПКЯ, помогая избежать длительного отсутствия менструального кровотечения. Результаты 36 эпидемиологических исследований, выполненных на различных континентах (27 276 случаев рака эндометрия и 115 743 женщин без этого заболевания (контрольная группа), показали, что чем длительнее женщины получали КОК, тем более значительным было снижение риска рака эндометрия.[12] Прием КОК в течение каждых 5 лет был связан со снижением относительного риска (ОР) заболевания: 0,76 (95% ДИ 0,73–0,78; p<0,0001).[12]

Эксперты Европейского общества эндокринологов (European Society of Endocrinology) в своих рекомендациях отдают предпочтение КОК с антиандрогенными прогестинами.[10] Благодаря сочетанию антиандрогенных и антиминералокортикоидных эффектов прогестина, КОК с дроспиреноном (ДРСП) могут обладать преимуществами в отношении клинической и биохимической гиперандрогении, дислипидемии, ИР и композиционного состава тела (профилактика развития висцерального ожирения) по сравнению с другими препаратами этого класса.[13,14] Наоборот, прогестины с остаточными андрогенными свойствами могут ухудшать ИР и липидный профиль.[15] Независимо от наличия ожирения, основанная на ИР метаболическая дисфункция является ключевым патогенетическим звеном СПКЯ, поэтому свойства ДРСП, как ингибитора альдостерона, приобретают особую важность, ведь изменения активности ренин-ангиотезин-альдостероной системы (РААС) вносят значительный вклад в развитие ИР.[16,17]

В последние годы растет число аргументов в пользу КОК с фолатами, которые помогают достичь необходимого запаса этих веществ, что может иметь особое значение у пациенток с СПКЯ. Надлежащая концентрация фолатов в лютеиновую фазу цикла статистически значимо коррелирует с более высоким содержанием прогестерона ─ индикатора активности желтого тела.[18] При изучении рисков возникновения спорадической ановуляции у здоровых женщин с регулярными менструациями во взаимосвязи с уровнями фолатов и гомоцистеина (токсичного побочного продукта фолатного цикла) было показано, что увеличение концентрации гомоцистеина в сроки ожидаемой овуляции коррелировало с повышением риска спорадической ановуляции на 33% и наоборот, более высокое содержание фолатов по отношению к гомоцистеину ─ со снижением риска ановуляции на 10%.[18]

Кроме того, для пациенток с СПКЯ, которые часто страдают ожирением, артериальной гипертензией или нарушением углеводного обмена вопросы здоровья потомства стоят довольно остро. Немаловажно, что достижение адекватного фолатного статуса может помочь снизить риски метаболических нарушений и повышения артериального давления у их потомства, когда встанет вопрос о беременности.[19-21]

ЛИТЕРАТУРА

 

  1. Rotterdam ESHRE/ASRM-Sponsored PCOS consensus workshop group. (2004) Revised 2003 consensus on diagnostic criteria and long-term health risks related to Polycystic Ovary Syndrome (PCOS). Hum Reprod 2004;19:41–47
  2. Bozdag G, Mumusoglu S, Zengin D, Karabulut E, Yildiz BO. The prevalence and phenotypic features of polycystic ovary syndrome: a systematic review and meta-analysis. Hum Reprod 2016;31(12):2841–2855
  3. Goodman NF, Cobin RH, Futterweit W, et al. American Association of Clinical Endocrinologists, American College of Endocrinology, Androgen Excess and PCOS Society Disease State Clinical Review: Guide to the Best Practices in the Evaluation and Treatment of Polycystic Ovary Syndrome. PCOS Best Practices, Endocr Pract 2015;21(No. 11):1291-1300
  4. Синдром поликистозных яичников в репродуктивном возрасте (современные подходы к диагностике и лечению). Клинические рекомендации (протокол лечения). (письмо Министерства здравоохранения РФ от 10.06.2015 г. № 15–4/10/2–2814)
  5. Hannemann MM, Alexander HM, Cope NJ, et al. Endometrial hyperplasia: a clinician's review. Obstet Gynaecol Reprod Med 2010;20(4):116-120
  6. Dumesic DA, Lobo RA. Cancer risk and PCOS. Steroids 2013;78:782-785
  7. Fauser BC, Tarlatzis BC, Rebar RW, et al. Consensus on women’s health aspects of polycystic ovary syndrome (PCOS): the Amsterdam ESHRE/ASRM-sponsored 3rd PCOS consensus workshop group. Fertil Steril 2012;97:28-38.e25.
  8. Veltman-Verhulst SM, Boivin J, Eijkemans MJ, Fauser BJ. Emotional distress is a common risk in women with polycystic ovary syndrome: a systematic review and meta-analysis of 28 studies. Hum Reprod Update 2012;18:638-651.
  9. Legro RS, Arslanian SA, Ehrmann DAet al. Diagnosis and Treatment of Polycystic Ovary Syndrome: An Endocrine Society Clinical Practice Guideline. J Clin Endocrinol Metab 2013;98:4565–4592
  10. Conway G, Dewailly D, Diamanti-Kandarakis E, et al. The polycystic ovary syndrome: a position statement from the European Society of Endocrinology. Eur J Endocrinol 2014;171:1–29
  11. World Health Organization. Medical eligibility criteria for contraceptive use, 4th ed. 2009. Available at:whqlibdoc.who.int/publications/2010/9789241563888_eng.pdf. Accessed July 13, 2012
  12. Collaborative Group on Epidemiological Studies on Endometrial Cancer. Endometrial cancer and oral contraceptives: an individual participant meta-analysis of 27 276 women with endometrial cancer from 36 epidemiological studies. The Lancet Oncology 2015;16(9):1061-1070
  13. Mancini F, Cianciosi A, Persico N, et al. Drospirenone and cardiovascular risk in lean and obese polycystic ovary syndrome patients: a pilot study. Am J Obstet Gynecol 2010;202(2):169.e1-8
  14. Caprio M, Antelmi A, Chetrite, et al. Antiadipogenic effects of the mineralocorticoid receptor antagonist drospirenone: potential implications for the treatment of metabolic syndrome. Endocrinology 2011;152(1):113–125
  15. Sitruk-Ware R, Nath A. Characteristics and metabolic effects of estrogen and progestins contained in oral contraceptive pills. Best Pract Res Clin Endocrinol Metab 2013; 27: 13–24
  16. Underwood PC. The Renin Angiotensin Aldosterone System and Insulin Resistance in Humans Curr Hypertens Rep 2013;15(1):59–70
  17. Muscogiuri G, Chavez AO, Gastaldelli A, et al. The crosstalk between insulin and renin-angiotensin-aldosterone signaling systems and its effect on glucose metabolism and diabetes prevention. Curr Vasc Pharmacol 2008 Oct;6(4):301-12
  18. Michels KA, Wactawski-Wende J, Mills JL, et al. Folate, homocysteine and the ovarian cycle among healthy regularly menstruating women. Hum Reprod 2017;32(8):1743–1750
  19. Wang G, Hu FB, Mistry KB, et al. Association Between Maternal Prepregnancy Body Mass Index and Plasma Folate Concentrations With Child Metabolic Health. JAMA Pediatr 2016;170(8):e160845
  20. Krikke GG, Grooten IJ, VrijKotte TGM, et al. Vitamin B12 and folate status in early pregnancy and cardiometabolic risk factors in the offspring at age 5–6 years: findings from the ABCD multi-ethnic birth cohort. BJOG 2016;123(3):384–392
  21. Wang H, Mueller NT, Li J, et al. Association of Maternal Plasma Folate and Cardiometabolic Risk Factors in Pregnancy with Elevated Blood Pressure of Offspring in Childhood. Am J Hyperten 2017;May 1;30(5):532-540
  22. Dumesic DA, Lobo RA. Cancer risk and PCOS. Steroids 2013;78:782-785

 

20 июля 2018 г.
Комментарии (видны только специалистам, верифицированным редакцией МЕДИ РУ)
Если Вы медицинский специалист, войдите или зарегистрируйтесь

МЕДИ РУ в: МЕДИ РУ на YouTube МЕДИ РУ в Twitter МЕДИ РУ на FaceBook МЕДИ РУ вКонтакте Яндекс.Метрика