Анжелик

Анжелик® и Анжелик® Микро – это линейка препаратов для купирования климактерических симптомов у женщин в постменопаузе



Инструкции:

Нобелевская премия по медицине за 2017 год, десинхронизация биоритмов и менопаузальные расстройства

Комментарии

L.RU.MKT.10.2017.0512

В пресс-релизе Нобелевского комитета сообщается о присуждении премии в области физиологии и медицины за 2017 г. трем ученым из США Джеффри Холлу (Jeffrey C. Hall), Майклу Росбашу (Michael Rosbash) и Майклу Янгу (Michael W. Young) за открытие молекулярных механизмов, контролирующих циркадные ритмы.1 Циркадные ритмы (от лат. circa ─ около, кругом и dies ─ день) ─ это циклические колебания интенсивности различных биологических процессов, связанные со сменой дня и ночи. «Начиная с оригинальных открытий этих трех лауреатов циркадная биология развилась в обширную и динамическую область исследований, поскольку нарушения работы «биологических часов» организма имеет огромное значение для нашего здоровья и благополучия», отмечено в пресс-релизе.1

Церемония вручения Нобелевской премии ежегодно проходит 10 декабря в Стокгольме. Традиционно месяц осведомленности о менопаузе во всем мире также приходится на октябрь. Это является поводом кратко осветить роль десинхронизации биологических ритмов в генезе менопаузальных расстройств.

Роль биологических «часов» в организме играет супрахиазматическое ядро гипоталамуса, осуществляющее не только центральную, но и периферическую регуляцию биоритмов в различных органах и тканях (в сердце, жировой ткани, надпочечниках, легких, в гладкомышечной стенке сосудов и др.), с помощью циклически секретируемых гормонов, гуморальных факторов и изменения активности периферических отделов (симпатического и парасимпатического) вегетативной нервной системы.

Циркадный ритм претерпевает существенные изменения в течение жизни человека на физиологическом и молекулярном уровнях.2 В основе развития сочетанных менопаузальных расстройств могут лежать нарушения центральной регуляции, которые вполне укладываются в концепцию десинхронизации биологических ритмов в момент адаптации к новым условиям эстрогенного дефицита.3 Во всяком случае, женщины в постменопаузе демонстрируют потерю «надежности» циркадного ритма, особенно это касается цикла сон-бодрствование по сравнению с женщинами в пременопаузе.4 Эндогенная секреция мелатонина с возрастом снижается у лиц обоего пола и наступление менопаузы у женщин коррелирует со значительным снижением уровней мелатонина, что также может быть одной из возможных причин этих нарушений.5

Безусловно ночные приливы и гипергидроз являются значимыми факторами нарушения циркадного цикла сон-бодрствование.6,7 По мере угасания функции яичников наряду с выраженной флюктуацией уровня эстрогенов, происходит десинхронизация ритмов секреции важнейших нейроактивных субстанций, клиническими проявлениями которой являются не только вазомоторные симптомы, но и нарушение сна само по себе, лабильность настроения, ожирение и гипертензия.8-11 В ряде работ последних лет показано, что, даже короткие периоды депривации сна связаны с повышением висцерального ожирения, вследствие снижения «пластичности» метаболических процессов и развития резистентности к инсулину.12,13

Менопаузальная гормональная терапия (МГТ) повышает показатель удовлетворенности качеством сна, его продолжительностью и служит профилактикой развития возможных нарушений параллельно купированию вазомоторных симптомов, независимо от пути введения гормонов.14 Однако правильный выбор препарата для МГТ крайне важен не только с точки зрения лечения приливов и нарушений сна, но и с учетом важнейшей роли десинхронизации биологических ритмов в развитии метаболических расстройств, особенно ожирения.

В свете новейших данных жировую ткань считают важнейшим эндокринным органом, при этом обнаружена циркадная ритмичность секреции большинства образующихся в адипоцитах гормонов и цитокинов, таких как свободные жирные кислоты, лептин, ангиотензин и др. 15 К важнейшим неблагоприятным метаболическим изменениям, возникающим у женщин в переходный период, относится появление избыточной массы тела /ожирения, часто сочетающийся с нарушением углеводного/липидного обмена и повышением уровня артериального давления (АД), связанными с резким снижением уровня эстрогенов и развитием на этом фоне относительной гиперандрогении.16-18 Накопление абдоминального /висцерального жира, маркером которого является значимое увеличение окружности талии, даже у худых женщин приводит к тому, что в постменопаузе абдоминальное ожирение отмечается в 5 раз чаще по сравнению с женщинами репродуктивного возраста.19

В последние годы выявлена значительная роль ренин-ангиотензин-альдостероновой системы в развитии метаболических расстройств, поскольку альдостерон принимает активное участие в превращении преадипоцитов в адипоциты и в формировании висцерального ожирения. Доказана роль прогестерона и прогестагенов с антиминералокортикоидными свойствами в контроле массы тела и пролиферации / дифференциации жировой ткани.20 По данным двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии, использование комбинации 1 мг эстрадиола/2 мг дроспиренона в течение двух лет способствовало статистически значимому снижению соотношения центральной жировой массы к периферической жировой массе по сравнению с исходными данными,21 что свидетельствует о снижении отложения абдоминального/висцерального жира.

Понимание важности биологических ритмов в организме, о которых еще раз наполнило решение Нобелевского комитета в этом году, является крайне важным для практикующего врача. Эти вопросы приобретают особую актуальность у женщин в переходный период, поскольку хаотичная флюктуация уровня половых гормонов и потеря характерной для репродуктивного периода цикличности их секреции, могут способствовать нарушению различных биологических ритмов и возникновению сочетанных нарушений ─ терморегуляции (приливов), бессонницы, аффективных расстройств, артериальной гипертензии и висцерального ожирения. Своевременное назначение правильно подобранной МГТ может помочь комплексно решить большинство этих проблем.

Источники:

1. nobelprize.org/nobel_prizes/medicine/laureates/201…
2. Chen CY, Logan RW, Ma T, et al. Effects of aging on circadian patterns of gene expression in the human prefrontal cortex. Proc Natl Acad Sci USA 2016;113:206–11
3. Pines А. Circadian rhythm and menopause. Climacteric 2016;19(6):551-552
4. Gomez-Santos C, Saura CB, Lucas JA, et al. Menopause status is associated with circadian- and sleep-related alterations. Menopause 2016;23:682–90
5. Gursoy AY, Kiseli M, Caglar GS. Melatonin in aging women. Climacteric 2015;18:790–6
6. Freedman RR. Menopausal hot flashes: mechanisms, endocrinology, treatment. J Steroid Biochem Mol Biol 2014;142:115–20
7. Sievert LL, Reza A, Mills P, et al. Diurnal rhythm and concordance between objective and subjective hot flashes: the Hilo Women's Health Study. Menopause 2010;17:471–9
8. Blümel JE, Cano A, Mezones-Holguın E, et al. A multinational study of sleep disorders during female mid-life. Maturitas 2012;72:359–66
9. Lampio L, Polo-Kantola P, Polo O, et al. Sleep in midlife women: effects of menopause, vasomotor symptoms, and depressive symptoms. Menopause 2014;21:1217–1224
10. Shaver JL, Woods NF. Sleep and menopause: a narrative review. Menopause 2015;22(8):899–915
11. Gangwisch JE, Feskanich D, Malaspina D, Shen S, Forman JP. Sleep duration and risk for hypertension in women: results from the Nurses' Health Study. Am J Hypertens 2013;26:903-11
12. Knutson KL Spiegel K, Penev P, Van Cauter E. et al. The metabolic consequences of sleep deprivation. Sleep Med Rev 2007;11(3):163-78
13. Van Cauter E, Holmback U, Knutson K, et al. Impact of sleep and sleep loss on neuroendocrine and metabolic function. Horm Res 2007;67(Suppl 1):2-9
14. Cintron D, Lahr BD, Bailey KR, et al. Effects of oral versus transdermal menopausal hormone treatments on self-reported sleep domains and their association with vasomotor symptoms in recently menopausal women enrolled in the Kronos Early Estrogen Prevention Study (KEEPS). Menopause. 2017 Aug 21. doi: 10.1097/GME.0000000000000971. [Epub ahead of print]
15. Garaulet M. Chronobiology and Obesity: The Orchestra Out of Tune. Clin Lipidology 2010;5(2):181-188
16. Van Pelt RE, Gavin KM, Kohrt WM. Regulation of body composition and bioenergetics by estrogens. Endocrinol Metab Clin North Am 2015;44:663-76
17. Abdulnour J, Doucet E, Brochu M, et al. The effect of the menopausal transition on body composition and cardiometabolic risk factors: a Montreal-Ottawa New Emerging Team group study. Menopause 2012;19:760–7
18. Janssen I, Powel LH, Kazlauskaite R, et al. Testosterone and Visceral Fat in Midlife Women: The Study of Women’s Health Across the Nation (SWAN) Fat Patterning Study. Obesity 2010;18(3):604-610
19. Donato GB, Fuchs SC, Oppermann K, et al. Association between menopause status and central adiposity measured at different cutoffs of waist circumference and waist-to-hip ratio. Menopause 2006;13:280 – 5
20. Caprio M, Antelmi A, Chetrite G. et al. Antiadipogenic effects of the mineralocorticoid receptor antagonist drospirenone: potential implications for the treatment of metabolic syndrome. Endocrinology 2011;152(1):113–125
21. Tanko LB, Christiansen C. Effects of 17 b-oestradiol plus different doses of drospirenone on adipose tissue, adiponectin and atherogenic metabolites in postmenopausal women. J Internal Med 2005;258:544-553

17 июля 2018 г.
Комментарии (видны только специалистам, верифицированным редакцией МЕДИ РУ)
Если Вы медицинский специалист, войдите или зарегистрируйтесь
Связанные темы:
Климактерический синдром и заместительная гормонотерапия - статьи

МЕДИ РУ в: МЕДИ РУ на YouTube МЕДИ РУ в Twitter МЕДИ РУ на FaceBook МЕДИ РУ вКонтакте Яндекс.Метрика