Хронический бактериальный простатит

Статьи

Опубликовано в журнале: «Врачебное сословие», 2004

Е.Б. Мазо, С.В. Попов
Кафедра урологии и оперативной нефрологии (зав.- член-корр. РАМН, проф. Е.Б.Мазо) РГМУ, Москва

Введение. Хронический простатит является самым распространенным урологическим заболеванием у мужчин моложе 50 лет и третьим по частоте урологическим диагнозом у мужчин старше 50 лет (после доброкачественной гиперплазии и рака простаты), составляя 8% амбулаторных визитов к урологу [4]. С возрастом частота заболевания увеличивается и достигает  30-73% [5]. Влияние этого заболевания на качество жизни сопоставимо с инфарктом миокарда, стенокардией, болезнью Крона, что обуславливает также и значительные психологические и социальные проблемы у больных простатитом мужчин трудоспособного возраста[2].

При определении относительной частоты выявления разных форм хронического простатита большинством специалистов было показано, что на долю хронического бактериального простатита (ХБП)  приходится 5-15 % случаев заболевания[6], в то время как на долю воспалительного синдрома хронической тазовой боли приходится 60-65% случаев, а около 30 % составляют больные с невоспалительным синдромом хронической тазовой боли.

Патологическая анатомия. С позиции патологической анатомии, простатит определяется повышением количества воспалительных клеток в паренхиме предстательной железы. Наиболее частым признаком воспаления является лимфоцитарная инфильтрация в строме предстательной железы [7]. Интенсивность воспалительного процесса значительно варьирует от присутствия отдельных лимфоцитов до наличия плотных лимфоидных узелков. Инфильтрация лимфоцитов в строму часто сопровождается воспалением околожелезистой  ткани. Пласты или узелки лимфоцитов и отдельных плазматических клеток видны в фиброзно-мышечной строме без видимой связи с протоками и дольками. Гистологические характеристики, связанные с хроническим простатитом, также включают в себя изменение архитектоники желез, фокальное разрушение эпителия, утрату эпителием секреторной активности, а также гиперхромазию и полиморфизм ядер эпителиальных клеток, сопровождающиеся усилением цитоплазматической базофилии.

Этиология. Наиболее распространенными этиологическими агентами ХБП являются представители семейства грамотрицательных бактерий Enterobacteriaceae, которые попадают из  желудочно-кишечного тракта. Наиболее часто – это штаммы Escherichia coli, которые обнаруживаются в 65% - 80% случаев инфекций. Pseudomonas aeruginosa, виды Serratia, виды Klebsiella и Enterobacter aerogenes, а также Acinetobacter spp. выявляются в оставшихся 10-15% [8]. Энтерококки составляют от 5% до 10% подтвержденных инфекций простаты [9].

Представляется спорной роль таких грамположительных бактерий, как Staphylococcus и Streptococcus при ХБП. Некоторые авторы высказывают предположение об этиологической роли таких грамположительных организмов, как Staphylococcus saprophyticus, гемолитических стафилококков, Staphylococcus aureus и других коагулазонегативных стафилококков[9]. Nickel и Costerton (1992) показали, что коагулазонегативные Staphylococcus присутствуют в секрете простаты, а также в образцах ткани простаты, полученных путем трансперинеальной биопсии у мужчин с ХБП (микроскопическое исследование и культивирование). Многие исследователи считают, что эти организмы не являются частой причиной инфекции простаты. Однако, на основании локализационных бактериологических исследований, другие ученые утверждают, что инфекция, вызванная этими бактериями, является обычной причиной симптомов простатита. По очевидной локализации этих организмов в простате, определенной методом количественного культивирования продуктов расщепления мочи и секрета простаты, выдвигалось предположение о роли грамположительных кокков в патогенезе ХБП. Однако, отсутствие связанных с этим бактериурии и цистита ставило под вопрос патогенетический потенциал этих организмов. Этот вопрос, в основном, был разрешен рядом исследований (Fowler, Mariano,1984) по локализации бактерий в образцах мочи и в секрете простаты, у мужчин без симптомов простатита. Эти работы показали, что сам секрет простаты обуславливает высокую степень вероятности инфекции флорой уретры.  Такая контаминация может вызывать 10-кратное увеличение количества колоний в секрете простаты по сравнению с образцом первой порции мочи (VB1). Между тем, продолжают выдвигаться предположения, что грамположительные кокки вызывают простатит, по крайней мере, у некоторых пациентов. Например,  Nickel и Costerton (1992) определили у нескольких пациентов с хроническим простатитом вовлечение в процесc коагулазо-негативных стафилококков, основываясь на данных по локализации культур, подтвержденных при культивировании организмов из ткани простаты и локализацией стафилококков внутри простаты с помощью электронной микроскопии. Тем не менее, большинство исследователей считают, что грамположительные кокки реже вызывают простатит, чем Enterococcus.

Мы проводили изучение роли грамположительных бактерий в этиологической структуре ХБП. Бактериологическое исследование мочи и секрета предстательной железы выполняли при четырехстаканном тесте по Meares-Stamey 46 больным в возрасте от 20 до 49 лет (средний возраст- 36,9 лет) с хроническим простатитом, у которых методом полимеразной цепной реакции была исключена атипичная внутриклеточная инфекция в секрете предстательной железы.

Грамположительные микроорганизмы выделялись в диагностическом титре с частотой 84,3%, причем среди этих бактерий доминировал Staphylococcus haemolyticus (68,8%) с высокой чувствительностью к ципрофлоксацину- 94% и к тетрациклину-87% при низкой чувствительности бактерий к эритромицину- 54%.

Коринебактерии обычно считались непатогенными организмами для простаты, но существует гипотеза о том, что они являются вероятными этиологическими агентами при ХБП [10]. Domingue с сотр. (1997) предположили, что эти трудно культивируемые формы коринебактерий могут быть утеряны при рутинном культивировании секрета простаты. Непосредственная окраска по Граму секрета простаты определила наличие плеоморфных, различающихся по окрашиванию по Граму коккобацилл, которые обычно не растут на простой среде. Присутствие этих плеоморфных палочек также было показано при окрашивании акридиновым оранжевым. С помощью метода полимеразной цепной реакции Tanner с сотр. (1999) смогли идентифицировать бактериальный сигнал (полигенных грамположительных организмов с преобладанием видов Corynebacterium) у 65% из 17 пациентов с хроническим простатитом. Примерно у половины этих больных были признаки ответа на антимикробную терапию, тогда как их не было у больных, у которых не смогли обнаружить молекулярных сигналов от этих бактерий.

Недавно для поиска бактериальных причин хронического простатита стали применяться новые молекулярные стратегии выявления инфекции с низком титром и т.н. «привередливых» организмов в тканях, получаемых при биопсии простаты. Выявление бактериальных патогенов, основанное на присутствии бактерио-специфичной 16S рибосомной РНК (рРНК) с помощью ПЦР широкого спектра дало положительные результаты у 103 из 134 исследованных пациентов [11]. Интересно, что присутствие 16S рРНК в значительной степени коррелировало с наличием воспаления простаты, что определялось по количеству лейкоцитов в секрете простаты. Эти организмы не являлись типичными представителями флоры кожи и кишечника. В действительности, 28 из 29 клонов представляли собой потенциально новые виды бактерий с известными последовательностями из банка генов (GenBank) и EMBL (европейская молекулярная биологическая лаборатория). Эти данные являются неожиданными, так как могут предсказать присутствие новой патогенной бактерии -этиологического агента ХБП. Наблюдения у больных с ХБП значительно большего количества сексуальных партнеров, и  более высокий риск передачи болезни половым путем, могут вызвать предположение, что имеется  новый этиологический агент ХБП и что он передается половым путем.

Инфекция простаты может быть следствием бактериальной колонизации мочеиспускательного канала. Нормальная флора мочеиспускательного канала у мужчин состоит, главным образом, из дифтероидов и грамположительных кокков, часто также встречаются микоплазмы и уреаплазмы.  Сексуальная активность может способствовать колонизации мочеиспускательного канала потенциальными уропатогенами. Blacklock (1974)и Stamey (1980) отметили, что секрет простаты у некоторых мужчин с ХБП, содержал те же уропатогены, которые были в вагинальной флоре их сексуальных партнеров.

Бактериальная колонизация может также вызвать персистенцию бактерий в простате. Отличительной чертой этого состояния является персистенция бактерий внутри простаты, несмотря на лечение антибиотиками, что связано с хроническим воспалением простаты и склонностью к обострению инфекции мочевыводящего тракта тем же самым патогеном. У большинства больных ХБП не было острого бактериального простатита. Бактериальная колонизация простаты может происходить при колонизации мочеиспускательного канала, применении инструментов, эпизодах асимптоматической бактериурии или во время предшествующей инфекции мочевыводящего тракта.

Было подсчитано, что сейчас определено менее 10% всех бактерий из окружающей нас среды [10], значит, возможно, что “привередливые” и некультивируемые микроорганизмы могут находиться в предстательной железе, и могут быть причиной симптомов. Тщательный обзор данных за и против роли культивируемых, “привередливых”, а также некультивируемых микроорганизмов пока не дает возможности решить этот вопрос.

Патогенез. Установлено, что существует ряд физиологических и патофизиологических механизмов развития простатита. Мы рассмотрим наиболее важные, на наш взгляд , патогенетические механизмы ХБП.

Нарушение местных защитных механизмов предстательной железы. К факторам риска, способствующим заселению предстательной железы бактериями или возникновению инфекции, вызванной условно патогенными бактериями, относятся: интрапростатический рефлюкс мочи в протоки (Kirby и др., 1982); фимоз; анально-генитальные сношения без предохранения; инфекция мочевых путей; острый эпидидимит; постоянные уретральные катетеры (Meares, 1998); и трансуретральные операции у мужчин с инфицированной мочой без предшествующей операции антимикробной терапии (Meares, 1980). У пациентов с простатитом может быть выявлено нарушение секреторной функции простаты, характеризующееся изменением состава секрета, то есть снижением уровней фруктозы; лимонной кислоты; кислой фосфатазы; катионов цинка, магния и кальция; и цинксодержащего антибактериального фактора простаты, при увеличении таких показателей, как рН, соотношения изоферментов лактатдегидрогеназы-5 к лактатдегидрогеназе-1, белков воспаления- церулоплазмина и компонента комплемента С3. Эти изменения в секреторной функции простаты также обуславливают неблагоприятное воздействие на антибактериальную, в норме, природу секрета простаты. Уменьшение антибактериального фактора простаты может снижать врожденную противобактериальную активность секрета , тогда как щелочной показатель рН может препятствовать диффузии в ткань и в секрет простаты основных противомикробных лекарств. Однако до сих пор неизвестно, являются ли эти изменения состава секрета предстательной железы причиной или следствием воспаления.

Дисфункциональное мочеиспускание. Анатомическая или динамическая обструкция, приводящая к появлению повышенного давления и дисфункциональных нарушений потока мочи, имеет  особое значение в патогенезе простатита. Blacklock (1991) показал, что анатомические аномалии шейки мочевого пузыря, простаты и уретры определяли предрасположенность некоторых мужчин к развитию простатита.  Исследования уродинамики подтверждают, что у многих пациентов, особенно с простатодинией, снижались показатели максимального потока мочи, и наблюдались характеристики потока, демонстрирующие обструкцию (Barbalias, 1983).  При видеоуродинамических исследованиях, у многих больных с синдромами простатита видны неполное раскрытие шейки мочевого пузыря, а также признаки детрузорно-сфинктерной диссинергии (Kaplan,1997). Диссинергия при мочеиспускании может привести к анатомически чрезмерной стимуляции нервных волокон, иннервирующей область промежности и таза, с последующим развитием хронического невропатического болевого состояния. Или, такое высокое давление и дисфункциональное мочеиспускание могут вызвать интрапростатический рефлюкс мочи в протоки у части больных.

Уретропростатический рефлюкс. Рефлюкс мочи и, возможно, бактерий в протоки простаты является одним из самых важных механизмов патогенеза хронического бактериального и абактериального воспаления при простатите. По своей анатомии система дренажа протоков периферической зоны более чувствительна к интрапростатическому рефлюксу в протоки, чем другие области простаты (Blacklock, 1974, 1991). Если патогенные бактерии попадают в предстательную железу с помощью рефлюкса, они могут существовать в виде защищенных агрегатов внутри камней простаты. Большое количество культур патогенов, покрывающих камни в простате, было показано Eykyn (1974). Этот способ колонизации бактерий, который заключается в образовании защищающих бактериальных агрегатов или биопленок, связанных с камнями простаты, может приводить к развитию неподдающегося лечению ХБП и к последующей рецидивирующей инфекции мочевых путей, несмотря на, казалось бы, адекватную антимикробную терапию. При помощи трансректальной ультрасонографии Ludwig с соавторами (1994) показали, что у мужчин с ХБП значительно увеличивалась частота образования камней в простате, по сравнению с мужчинами без воспаления простаты (простатодиния). Было показано, что воспаление, вызываемое химической, бактериальной или иммунологической стимуляцией может быть причиной роста интрапростатического давления, измеряемого трансперинеальными датчиками (Mehik и др., 1999).

Иммунологические нарушения. В случае ХБП местная иммунная система простаты активируется при наличии инфекции. При ХБП не выявляется повышения сывороточных иммуноглобулинов, тогда как в секрете простаты уровни обоих IgG и IgA увеличиваются (Kumon, 1992). После успешной антимикробной терапии уровень IgG возвращается к нормальному значению после нескольких месяцев, а уровень IgA (особенно секреторной формы IgA) остается повышенным еще почти 2 года (Fowler и Mariano, 1984a). Бактерии, покрытые антителами, которые определяются в моче, секрете простаты и сперме, являются другим заметным признаком ХБП.

При абактериальном простатите бактериальное воспаление простаты может быть вторичным иммунологически опосредованным воспалением, вызванным каким-нибудь неизвестным антигеном, или, возможно, воспаление может быть связанно с аутоиммунным процессом. Уровни антител IgA и IgM (неспецифичных к микроорганизмам) повышаются (Shortliffe и др., 1992), подобные антитела, так же как фибриноген и С3 компонент комплемента (Doble и др., 1990) были обнаружены при биопсии простаты у больных с хроническим простатитом. Каким бы ни было начальное событие, оказывается, что иммунологический каскад играет важную роль при развитии простатита (Moon, 1998; Kumon, 1999).

Химическое асептическое воспаление. Исследователи установили, что моча и продукты ее обмена (например, ураты) присутствуют в секрете простаты у больных с хроническим простатитом (Persson и Ronquist, 1996). Эти исследователи выдвинули гипотезу, что воспаление простаты и последующие симптомы являются вторичными, и могут возникать просто благодаря воспалению, вызванному ядовитыми химическими веществами, которые содержатся в моче, и которые попали в проток простаты при рефлюксе. 

Нейрогенные расстройства. Некоторые исследователи [12] предполагают, что нарушения чувствительности или моторики, или и то, и другое вместе, согласующееся с нейрогенной дисрегуляцией нижних мочевых путей, могут быть следствием приобретенных нарушений со стороны центральной нервной системы.  Zermann и Schmidt (1999) описали 103 пациента с хронической тазовой болью, которых они оценивали по специальной неврологической шкале. Они показали, что большинство мужчин не имели полного сознательного контроля над мышцами тазового дна, соматическая иннервация которых осуществляется полосатым телом. У пациентов были различные уровни определения своих мышц тазового дна, но никто не смог продемонстрировать полное сокращение и расслабление мышц тазового дна  с повторением и без напряжения. Это проявлялось и в том случае, если были признаки воспаления, и если их не было. Ученые заключают, что эти данные отражают функциональное разобщение ЦНС с периферической мишенью – мышцами тазового дна.

Расстройства мышц тазового дна. Некоторые клиницисты полагают (Anderson, 1999), что источник боли находится именно в области прикрепления мышц таза к крестцу, копчику, седалищному бугру, лобковым костям и глубокой тазовой фасции. Эти области непосредственно соприкасаются с простатой и мочевым пузырем, и могут выявляться при определении зоны гиперчувствительности или миофасциальной триггерной точки, где возникает боль при сдавлении.  Выдвинута гипотеза об образовании миофасциальных триггерных точек в тазовой области как следствие механических повреждений бедра и нижних конечностей; сексуальных эксцессов, травмы и запоров и хирургических вмешательств.

Cогласно последним представлениям одной из причин большинства болевых синдромов являются функциональные расстройства, приводящие к различным органическим нарушениям. Мы предполагаем, что дисфункция мышц тазового дна вследствие нарушения их периферической иннервации приводит к развитию синдрома хронической тазовой боли, химическому асептическому воспалению вследствие уретропростатического рефлюкса, с последующим бактериальным инфицированием простаты.

Вероятно хронический простатит является полиэтиологическим заболеванием с многофакторным набором патогенетических механизмов. Ряд ученых рассматривает это заболевание в качестве каскада событий после действия определенных пусковых факторов. Рисунок 1 демонстрирует предложенный урологической клиникой РГМУ гипотетический сценарий взаимосвязанных между собой предрасполагающих факторов и патогенетических механизмов хронического простатита

Рис 1. Взаимосвязь предрасполагающих факторов и патогенетических механизмов при хроническом простатите.

Нейрогенные расстройства
Нарушения периферической иннервации мышц тазового дна
Нейромышечная дисфункция тазового дна

                           ↓                уретропростатический рефлюкс

Хроническая тазовая боль→Асептическое воспаление→ХБП?
Иммунологические расстройства
Инфекция → ХБП

Классификация. Ограничения традиционных алгоритма диагностики и системы классификации хронического простатита привели к необходимости проведения Национальным Институтом Здоровья (National Institutes of Health (NIH)США общего симпозиума по вопросам простатита в декабре 1995 года. Результатом этого симпозиума явилось создание особой системы классификации NIH [13] согласно которой выделяются следующие формы заболевания:

1. Острый бактериальный простатит (категория I).
2. Хронический бактериальный простатит (категория II).
3. Хронический абактериальный простатит / синдром хронической тазовой боли (категория III).
3.1.Воспалительный синдром хронической тазовой боли (категория III A).
3.2.Невоспалительный синдром хронической тазовой боли(категория III B)
4. Асимптоматический воспалительный простатит (категория IV).

Необходимо отметить, что  данная классификация представляет больше научный интерес, нежели практический.

В 1998 г НИИ урологии МЗ РФ было предложено подразделять хронический простатит на инфекционный и неинфекционный, при этом к хроническому инфекционному простатиту предложено относить все случаи бактериальной, атипичной внутриклеточной, грибковой и вирусной инфекции, а также инфекции простейшими. Помимо этого предложено указывать фазу ремиссии и обострения, а также осложненное течение.

Диагностика. Основывается на оценке симптоматики, сборе анамнеза, клиническом обследовании, лабораторных и инструментальных методах исследования.

Анамнез и симптоматика. При оценке анамнеза и симптоматики основной задачей врача является определение характера боли и симптомов нижних мочевых путей. Больных обычно беспокоят боли в тазовой области, расстройства мочеиспускания и эякуляции. Наиболее частые симптомы хронического простатита представлены в Табл. 1.

Таблица 1. Симптомы хронического простатита

Боли в тазовой области Расстройства мочеиспускания Расстройства эякуляции
В промежности
В половом члене
В яичках
В паховой области
Над лоном
В прямой кишке
В крестце
Учащенное мочеиспускание
Неполное опорожнение мочевого пузыря
Слабая или прерывистая струя мочи
Боль или ее усиление во время мочеиспускания
Боли во время или    после эякуляции
Гемоспермия

Для объективизации и количественной оценки симптомов хронического простатита крайне важно использование шкал оценки симптоматики. Одной из наиболее распространенных в настоящее время является шкала симптомов хронического простатита, предложенная Национальным Институтом Здоровья США (NIH-CPSI) Данный опросник содержит 9 вопросов, позволяющих оценить боль в тазовой области, расстройства мочеиспускания и влияние данных симптомов на качество жизни больного. При выяснении анамнеза важно выявить рецидивирующие инфекции мочевых путей у больных с ХБП и установить факт сохранения симптоматики на фоне длительного применения антимикробных препаратов у больных с хронической тазовой болью.

Клиническое обследование. Основной целью клинического обследования является исключение возможных органических заболеваний, в частности инфекций верхних мочевых путей, хронического эпидидимита и других. Дифференциальный диагноз проводят с разными инфекционными и неинфекционными заболеваниями, имеющими сходную симптоматику с хроническим простатитом. Наиболее актуальна дифференциальная диагностика с раком и гиперплазией простаты, раком мочевого пузыря, аноректальными расстройствами, интерстициальным циститом, камнями мочеточников, тазовым миофасциитом, паховой грыжей и пояснично-крестцовым радикулитом.

При пальцевом ректальном исследовании  определяют размеры, форму, границы, характер консистенции, состояние срединной бороздки, степень болезненности простаты.. Признаки увеличения или уменьшения в размерах, неоднородность консистенции, наличие очагов уплотнения и размягчения, пастозности, болезненности косвенно свидетельствуют в пользу хронического простатита. Одновременно пальцевое ректальное исследование продолжает сохранять свое значение  в плане дифференциальной диагностики с острым простатитом, гиперплазией и раком .

Лабораторные и бактериологические методы исследования. Диагностический алгоритм лабораторных исследований при хроническом простатите включает в себя общий анализ мочи, посев средней порции мочи, исключение атипичной внутриклеточной инфекции методами прямой иммунофлуоресценции и полимеразной цепной реакции, микроскопию секрета простаты, бактериологическое исследование (посев) трех порций мочи и секрета (тест Meares-Stamey). Больным старше 45 лет целесообразно определение уровня общего ПСА (простатического специфического антигена) сыворотки крови с целью ранней диагностики рака . Определение уровня PH, простатического антибактериального фактора, лактатдегидрогеназы и иммуноглобулинов в секрете простаты, также как и определение С3-комплемента, церулоплазмина и полиморфно-клеточной лейкоцит-эластазы в эякуляте на сегодняшний день представляет только научный интерес и не является обязательным.

В 1968 г Meares и Stamey предложили тест для лабораторной диагностики ХБП, который применяют до настоящего времени[14]. Он состоит в получении, после тщательного туалета наружных половых органов (во избежание контаминации поверхностными бактериями), первой (10 мл) и второй (средней) порций мочи для бактериологического исследования, массажа ПЖ с получением секрета для микроскопии и посева, а также третьей порции мочи (после взятия секрета) для посева. Посевы первой и второй порции мочи (по 10 мл) выявляют бактерии в уретре и мочевом пузыре, в то время как при посевах секрета простаты и порции мочи после взятия секрета (третьей порции мочи) выявляется флора простаты. ХБП характеризуется воспалительной реакцией в секрете  (при микроскопии определяется более 10 лейкоцитов в поле зрения при большом увеличении ). Десятикратное и более  увеличение уровня бактерий в секрете простаты или третьей порции мочи по сравнению с первой или второй порциями мочи свидетельствует о бактериальной этиологии заболевания. Таким образом, тест Meares-Stamey не только подтверждает диагноз ХБП, но и на основании обнаружения лейкоцитов в секрете простаты разграничивает воспалительный и невоспалительный синдром хронической тазовой боли (Табл. 2) .

Таблица 2. Интерпретация результатов теста Meares-Stamey.

Секрет простаты Третья порция мочи
(после массажа простаты)
Форма хронического простатита Количество лейкоцитов,
ув. х 400
Результаты
посева
Количество лейкоцитов,
ув. х 400
Результаты посева
Бактериальный >10 + +* +
Воспалительный синдром
хронической тазовой боли
>10 - +* -
Невоспалительный синдром
хронической тазовой боли
<10 - - -
* Разность между числом лейкоцитов в третьей порции мочи и второй порции мочи ≥ 10

Инструментальные исследования. При помощи трансректальной ультрасонографии при хроническом простатите выявляют структурные изменения простаты: очаги склероза, камни, кисты , а также с определенной долей уверенности дифференцировать простатит от гиперплазии и рака простаты. Ультразвуковыми признаками являются увеличение объема железы, нечеткие и неровные контуры железы, наличие диффузной или очаговой гиперэхогенности, эхопозитивных образований с акустической дорожкой (камни). Следует отметить, что вышеуказанные признаки не могут точно характеризовать заболевание и их значение следует оценивать только в комплексе с результатами клинико-лабораторного обследования. Трансабдоминальную ультрасонографию используют преимущественно для определения остаточной мочи.  

Исследования функционального состояния мочевого пузыря проводят у больных с расстройствами мочеиспускания. При урофлоуметрии у больных может выявляться снижение максимальной и средней объемных скоростей потока мочи. Для установления причины расстройств мочеиспускания, в частности возможного выявления инфравезикальной обструкции, исключения нейрогенных дисфункций мочевого пузыря таким больным проводят комбинированное уродинамическое исследование. Наиболее часто при этом выявляют признаки псевдодиссинергии наружного сфинктера и нестабильности детрузора. Идеальным методом, способным диагностировать инфравезикальную обструкцию и визуально продемонстрировать ее уровень считается видеоуродинамическое исследование давления/ потока. Для оценки состояния периферической иннервации мышц тазового дна и диагностики нейромышечных дисфункций тазового дна - возможных предвестников синдрома хронической тазовой боли, используют  электромиографию тазового дна[2].

Лечение. Лечение  хронического простатита до настоящего времени продолжает оставаться трудной задачей. Это объясняют склонностью заболевания к длительному и упорному течению. При выборе  метода лечения врач  должен учитывать не только форму , но и ответ на долгое, нередко безуспешное предшествующее лечение. Из общих рекомендаций ведущими являются: регулярная половая жизнь, исключение острых блюд, алкоголя, профилактика переохлаждения, советы по ограничению употребления пищи вечером, прогулки до и после сна и др.

Необходимость применения комплекса медикаментозных и физиотерапевтических воздействий при лечении хронического простатита является очевидной. Предметом дискуссий остаются лишь место и роль каждого метода в терапии заболевания. Так или иначе, центральное место в терапии ХБП принадлежит антимикробным препаратам.

Антимикробная терапия. Согласно рекомендациям Европейской ассоциации урологов по лечению инфекций мочевыводящих путей и инфекций репродуктивной системы у мужчин, принятым в 2001 г, длительность антимикробной терапии ХБП фторхинолонами или триметопримом [3] должна составлять 2 нед (после установления предварительного диагноза). После повторного обследования больного антимикробную терапию рекомендуют продолжать суммарно до 4-6 нед только при положительном результате микробиологического исследования секрета простаты, взятого до начала лечения или в случае, если у больного улучшилось состояние после приема антимикробных препаратов[2] . При обнаружении атипичных внутриклеточных микроорганизмов возможно назначение антимикробных препаратов из групп макролидов и тетрациклинов. Преимущества и недостатки различных антимикробных препаратов при лечении хронического инфекционного простатита, представлены  в таблице 3.

Таблица 3 Характеристика антимикробных препаратов, использующихся для лечения хронического инфекционного простатита (по данным Bjerklund Johanseh et al.,1998)[15].

Антимикробный препарат

Преимущества

Недостатки

Рекомендации

Фторхинолоны

*Отличное проникновение в ткань простаты.

*Хорошая биодоступость.

*Эквивалентность пероральной и парентеральной фармакокинетики

*Хорошая активность в отношении типичных и атипичных патогенов.

*Перекрестная аллергия.

*Фототоксичность. *Влияние на центральную нервную систему.

Рекомендованы к применению

Триметоприм

*Хорошее проникновение в ткань простаты.

*Не требуется подбор дозировки.

*Хорошая антимикробная активность.

*Не активен в отношении синегнойной палочки, энтеробактерий

Возможно применение

Макролиды

*Умеренная активность против грам-положительных бактерий.

*Активность против атипичных патогенов.

*Хорошее проникновение в ткань простаты.

*Малотоксичны.

*Малая длительность оценки эффективности и безопасности препаратов в клинических исследованиях.

*Недостаточная активность против грам-отрицательных бактерий.

Используются для специфических возбудителей

Тетрациклины

*Хорошая активность в отношении атипичных патогенов.

*Не активен в отношении синегнойной палочки

Недостаточная активность против стафилококков, кишечной палочки

Используются для специфических возбудителей

Фторхинолоны сегодня активны как в отношении грам-отрицательных бактерий, так и атипичных внутриклеточных микроорганизмов, а также  способны воздействовать на бактерии в биологических пленках. С появлением фторхинолонов третьего поколения, таких как левофлоксацин (Таваник), спарфлоксацин (Спарфло), а также фторхинолонов четвертого поколения - моксифлоксацин (Авелокс), расширяются возможности для антимикробной терапии  простатитов, обусловленных грам-положительными, анаэробными и атипичными внутриклеточными микроорганизмами. Следует отметить , что эти  фторхинолоны способны в достаточной концентрации проникать через гематопростатический барьер, создавая высокие концентрации в ткани и секрете предстательной железы и в эякуляте. Антимикробные препараты,  применяемые для лечения ХБП, а также способы их применения приведены в таблице 4.

Таблица 4. Способы применения антимикробных препаратов для лечения ХБП.

Группа препаратов

Препараты

Способы применения

Фторхинолоны

Ципрофлоксацин

По 500мг 2 раза в сутки

Офлоксацин

По 400мг 2 раза в сутки

Ломефлоксацин

По 400мг 1 раз в сутки

Левофлоксацин

По 250мг 1 раз в сутки

Спарфлоксацин

Первый прием 400мг, затем по 200мг 1 раз в сутки

Моксифлоксацин

По 400мг 1 раз в сутки

Триметоприм/ сульфаметоксазол

Ко-тримоксазол

По 960мг 2 раза в сутки

Тетрациклины

Доксициклин

Первый прием 200мг, затем по 100мг 2 раза в сутки (после еды)

Макролиды

Кларитромицин

По 250мг 2 раза в сутки

Рокситромицин

По 150мг 2 раза в сутки (за 1 час до еды)

Джозамицин

По 500мг 2-3 раза в сутки (за 1 час до еды)

В 2003 году мы провели исследование эффективности Авелокса (моксифлоксацина) в лечении больных с ХБП, обусловленным грам-положительными микроорганизмами. Препарат назначали больным с рецидивирующим простатитом, после неэффективных предшествующих курсов антимикробной терапии. Двухнедельный курс Авелокса привел к 100% эрадикации возбудителя и элиминации симптомов простатита у 23 из 25 больных, включенных в исследование. Исследование продемонстрировало высокую эффективность и безопасность препарата у данной категории больных.

Следует отметить, что больные с ХБП должны принимать антибиотик фторхинолонового ряда в течение длительного периода времени (от 4 до 6 недель) для предотвращения вероятности рецидива инфекции нижних мочевых путей. Продолжительная терапия антибиотиками в низких профилактических дозах или супрессивная антимикробная терапия может применяться в случаях рецидивирующего или невосприимчивого к лечению простатита.

Терапия a-адреноблокаторами. В последнее время в комплексном лечении ХБП используют также и α1-адреноблокаторы, которые при приеме в течение не менее 3 мес существенно уменьшают боль в тазовой области, увеличивают максимальную объемную скорость потока мочи (по данным урофлоуметрии) и улучшают качество жизни больных . Действие этих препаратов является этиопатогенетическим и основано на блокировании постсинаптических нервных путей. В настоящее время  для этой цели используют тамсулозин, альфузозин, а также доксазозин и теразозин по общим схемам. Эффективность лечения α1-адреноблокаторами оценивают при помощи шкалы симптомов хронического простатита (NIH-CPSI) и по динамике показателей урофлоуметрии[1].

Заключение. Несмотря на распространенность и частоту такого заболевания, как хронический простатит, в настоящее время вопросы эпидемиологии, этиологии, патогенеза и лечения остаются до конца не изученными. Больные в течение длительного времени получают антимикробные препараты, несмотря на это нередко наблюдаются рецидивы симптомов, и они проносят диагноз “хронический простатит” через всю свою жизнь. Решению этой проблемы будет способствовать выработка единого подхода как к диагностике, так и лечению хронического простатита, основанного на доказательных данных, полученных по результатам широкомасштабных клинических исследований.

Литература.
1. Мазо Е.Б., Степенский А.Б., Гамидов С.И., Григорьев М.Э., Кривобородов Г.Г., Белковская М.Н. Фармакотерапия хронических простатитов. РМЖ 2001; т.9 , № 23.
2. Степенский А.Б., Попов С.В., Муфагед М.Л. Диагностика и лечение хронического простатита. Consilium medicum 2003, т.5, № 7: 396-401.
3. Набер К., Бергман Б. и др. Рекомендации Европейской ассоциации урологов по лечению инфекций мочевыводящих путей и инфекций репродуктивной системы у мужчин. Клиническая микробиология и антимикробная химиотерапия 2002; т.4,№ 4: 347-363.
4. McNaughton-Collins M, Stafford RS et al: How common is prostatitis? A national survey of physician visits. J Urol 1998; 159: 1224-1228.
5. Luzzi G. The prostatitis syndromes.Int STD and AIDS 1996; 7:471-478
6. Krieger JN, Egan KJ: Comprehensive evaluation and treatment of 75 men referred to chronic prostatitis clinic. Urology 1991; 38: 11-19.
7. Kohnen PW, Drach GW: Patterns of inflammation in prostatic hyperplasia: A histologic and bacteriologic study. J Urol 1979;121:755-760.
8. Weidner W, Schiefer HG, Krauss H, et al: Chronic prostatitis: A thorough search for etiologically involved microorganisms in 1461 patients. Infection 1991b; 19:119-125.
9. Bergman B: On the relevance of gram-positive bacteria in prostatitis. Infection 1994; 22(Supp l):22.
10. Domingue GJ: Cryptic bacterial infection in chronic prostatitis: Diagnostic and therapeutic implications. Curr Opin Urol 1998;8:45-49.
11. Krieger JN, Riley DE, Roberts MC, Berger RE: Prokaryotic DNA sequences in patients with chronic idiopathic prostatitis. J Clin Microbiol 1996b;34:3120-3128.
12. Zermann DH, Schmidt RA: Neurophysiology of the pelvic floor: Its role in prostate and pelvic pain. Textbook of Prostatitis. Oxford, UK, ISIS Medical Media, 1999, pp 95-105.
13. Workshop Committee of the National Institute of Diabetes and Digestive and Kidney Disease (NIDDK) Chronic Prostatis Workshop. Bethesda. Md., 1995.
14. Meares E. M, Stamey T. A. Invest. Urol 1968; 5; 492.
15. Bjerclund Johansen T.E., Gruneberg R. N., Guibert J. et. al. The Role of Antibiotics in the Treatment of Chronic Prostatitis: A Consensus Statement. Eur. Urol 1998; 34: 457-466.


Авелокс® (моксифлоксацин) - Досье препарата

1 сентября 2004 г.
Связанные темы:

МЕДИ РУ в: МЕДИ РУ на YouTube МЕДИ РУ в Twitter МЕДИ РУ на FaceBook МЕДИ РУ вКонтакте Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика