Феназепам

Корректор нарушений сна, действующий на причину бессонницы


Инструкции:

Паническое расстройство: клинические феномены и возможности терапии

Аналоги, статьи

Опубликовано в : ЖУРНАЛ НЕВРОЛОГИИ И ПСИХИАТРИИ, 4, 2017doi: 10.17116/jnevro20171174112-116

Ю.П. СИВОЛАП
ФГБОУ ВО «Первый Московский государственный медицинский университет им. И.М. Сеченова», Москва, Россия

Паническое расстройство достаточно широко распространено в популяции и характеризуется высокой частотой коморбидных психических нарушений. Считают, что ключевую роль в его возникновении играет сочетание наследственного предрасположения и особой психической уязвимости. Доказанной клинической эффективностью в лечении панического расстройства обладают бензодиазепины, трициклические антидепрессанты, ингибиторы моноаминоксидазы, селективные ингибиторы обратного захвата серотонина (СИОЗС) и селективные ингибиторы обратного захвата серотонина и норадреналина, а также антидепрессанты других фармакологических групп. Препаратами первой линии являются СИОЗС. Средствами увеличения терапевтического действия при недостаточной эффективности лечения могут служить атипичные антипсихотики. Наряду с лекарственными средствами в лечении панического расстройства используется психотерапия, а оптимальным способом лечения является сочетание фармакотерапии и когнитивно-поведенческой терапии.

Ключевые слова: паническая атака, паническое расстройство, агорафобия, депрессия, бензодиазепины, трициклические антидепрессанты, ингибиторы моноаминоксидазы, селективные ингибиторы обратного захвата серотонина, селективные ингибиторы обратного захвата серотонина и норадреналина, когнитивно-поведенческая психотерапия.

Panic disorder: clinical phenomena and treatment options

YU.P. SIVOLAP

Sechenov First Moscow State Medical University, Moscow, Russia

Panic disorder is a common mental disease with high psychiatric comorbidity. It is considered that a combination of genetic predisposition and a special psychic vulnerability plays a key role in the occurrence of panic disorder. Clinically proven efficacy in the treatment of panic disorder have benzodiazepines, tricyclic antidepressants, monoamine oxidase inhibitors, selective serotonin reuptake inhibitors and selective serotonin and norepinephrine reuptake inhibitors;antidepressants from other pharmaceutical groups are also used. Selective serotonin reuptake inhibitors are the first line medicines in the treatment of panic disorder. Atypical antipsychotics may be used for the therapy augmentation in addition to first line drugs. Psychotherapy is used along with medications, and a combination of pharmacotherapy and cognitive behavioral therapy is the best method of treatment.

Keywords: panic attack; panic disorder; agoraphobia; depression; benzodiazepines; tricyclic antidepressants; monoamine oxidase inhibitors; selective serotonin reuptake inhibitors; selective serotonin and norepinephrine reuptake inhibitors; cognitive-behavioral therapy.

Паническое расстройство относится к связанным с тревогой психическим нарушениям. Оно проявляется повторяющимися внезапными приступами, именуемыми паническими атаками.

Панические атаки могут носить единичный характер, и лишь при их повторном возникновении и присоединении других симптомов констатируется наличие панического расстройства.

Коморбидность

Панические состояния часто сопровождаются агорафобией: 30—50% случаев при популяционных исследованиях и до 75% наблюдений в клинике [1].

Примечательно, что в МКБ-10 и DSM соотношение между паническим расстройством и агорафобией рассматривается противоположным образом. В МКБ-10 первичной считается агорафобия (F40.0), которая может как сочетаться с паническим расстройством (F41.0), так и развиваться самостоятельно. В классификации же DSM-IV первичным считается паническое расстройство, которое может сопровождаться агорафобией либо возникать само по себе. В DSM-5 вопрос о первичности не рассматривается, но описание агорафобии, как и в DSM-IV, следует за описанием панического состояния и констатируется частая коморбидность обоих расстройств.

Перечень наиболее частых психических нарушений, коморбидных паническим состояниям, включает также (в порядке убывания частоты) депрессию — 68%, другие тревожные расстройства — 50%, злоупотребление алкоголем — 30%, биполярное аффективное расстройство — 20% [1].

Кроме того, паническому расстройству могут сопутствовать висцеральные нарушения (например, пролапс митрального клапана) и болезни нервной системы.

Показано, что единичные панические атаки редко осложняются коморбидными расстройствами, тогда как повторные приступы значительно чаще приводят к появлению других психических нарушений, и при сформированном паническом расстройстве частота психиатрической коморбидности составляет не менее 80% [2].

По данным R. Kessler и соавт. [3], частота психиатрической коморбидности в четырех группах пациентов с паническими состояниями (изолированные панические атаки, панические атаки с агорафобией без признаков панического расстройства, паническое расстройство без агорафобии, паническое расстройство с агорафобией) прогрессивно нарастает от первой группы к четвертой [3].

Эпидемиология

По данным эпидемиологического исследования психиатрической коморбидности (National Comorbidity Survey), в США паническое расстройство хотя бы один раз в жизни развивается у 5% женщин и 2% мужчин [4].

Очевидно, что распространенность панического расстройства существенно уступает распространенности панических атак; кроме того, различают показатели распространенности изолированных панических атак и атак, сопровождающихся агорафобией.

В американское исследование, проведенное в 2006 г. [3], были включены 9282 человека в возрасте не младше 18 лет. Оно позволило выявить в соответствии с критериями DSM-IV показатели распространенности следующих панических феноменов в течение жизни: изолированные панические атаки — у 22,7% включенных в исследование лиц, панические атаки в сочетании с агорафобией, но без признаков панического расстройства — у 0,8%, паническое расстройство без агорафобии — у 3,74%, паническое расстройство с агорафобией — у 1,1%. При этом такие показатели, как повторяемость панических атак, их количество в течение жизни и продолжительность, измеряемая в годах, прогрессивно нарастали от первой из перечисленных групп к четвертой. Сходным образом нарастала и тяжесть симптомов панического состояния; частота средних и тяжелых форм приближалась к 90% при паническом расстройстве в сочетании с агорафобией и не превышала 7% при изолированных панических атаках [3].

Кросс-национальное исследование [2] с участием 142 949 больных в возрасте 18 лет и старше из 24 стран (Нидерланды, Новая Зеландия, Румыния, США, ЮАР, Австралия, Болгария, Португалия, Израиль, Ирак, Испания, Бразилия, Мексика, Великобритания, Италия, Бельгия, Нигерия, Япония, Китай, Ливан, Польша, Франция, Перу, Колумбия) показало, что средняя распространенность панических атак составляет 13,2%; у 66,5% индивидов с паническими атаками последние носят повторный характер, но лишь у 12,8% пациентов клиническая картина удовлетворяет критериям диагностики панического расстройства по DSM-5 [2].

Этиология

Считается, что ключевую роль в возникновении паники и формировании панического расстройства играет комбинация наследственного предрасположения и особой психической уязвимости. Причем наследственная
предрасположенность нередко является общей как для тревоги, так и для расстройств настроения.

По разным данным, наследственная отягощенность тревожными расстройствами у лиц с паническими состояниями характеризуется широким диапазоном — от 25 до 50% [1].

Особая психическая уязвимость, формирующая подверженность паническому расстройству, связана с рядом личностных черт и психологических особенностей, к которым относятся невротизм, экстраверсия, повышенная чувствительность к эмоциональному дистрессу и непереносимость неопределенности [5—8].

Есть основание считать, что одним из ключевых биологических факторов предрасположения к паническим состояниям является изменение активности различных нейротрансмиттерных систем. Наиболее убедительными из этиологических гипотез представляются, по нашему мнению, гипотезы нарушения нейротрансмиссии серото-нина и нейротрансмиссии ГАМК, правомерность которых отчасти доказывается эффективностью серотонинер-гических антидепрессантов и бензодиазепинов, представляющих собой агонисты ГАМКА-рецепторов, в лечении панического расстройства.

Клинические проявления и диагностика

Под панической атакой понимают внезапно возникающий (в спокойном либо тревожном состоянии) приступ интенсивного страха или интенсивного дискомфорта, достигающий максимального выражения в течение нескольких минут.

В соответствии с критериями DSM-51, диагноз панической атаки возможен при наличии не менее 4 из 13 симптомов [9]: учащенное сердцебиение; тремор; прерывистое дыхание или одышка; ощущение удушья; боль или дискомфорт в груди; тошнота или недомогание в животе; головокружение, неустойчивость, легкость в голове или слабость; озноб либо чувство жара; парестезии; дереализация или деперсонализация; страх утраты контроля или страх сойти с ума; страх смерти.

В DSM-5 подчеркивается, что паническая атака сама по себе не является нарушением психики и может встречаться при различных тревожных и других психических расстройствах, а также при соматических и неврологических заболеваниях.

Приведенный (далеко не полный) перечень возможных симптомов панических атак делает понятным частое обращение страдающих ими пациентов за помощью не столько к психиатрам, сколько к неврологам и интернистам.
Констатация панического расстройства, в соответствии с критериями DSM-5, считается возможной при наличии 4 признаков, обозначаемых латинскими литерами от A до D [9]:

А. Повторяющиеся внезапные панические атаки, проявляющиеся четырьмя и более симптомами из приведенного выше перечня.

B. По крайней мере одна из атак влечет за собой одно или оба из следующих явлений, наблюдающихся в течение 1-го месяца или более:

a) стойкие опасения или беспокойство, связанные с возможностью появления новых атак или их последствий;

b) неадекватные изменения поведения, направленные на избегание возможности появления новых атак.

C. Симптомы не связаны с физиологическими последствиями употребления психоактивных веществ или физическим нездоровьем.

D. Симптомы не могут быть лучше объяснены другим психическим, в том числе тревожным расстройством или реакцией на вызывающую опасения социальную ситуацию.

Лечение

Доказанной клинической эффективностью в лечении панического расстройства обладают бензодиазепины и антидепрессанты, включенные в большинство международных и национальных клинических руководств.

По утверждению D. Semple и R. Smyth [1], полученные к настоящему времени данные не позволяют говорить о бесспорном превосходстве в эффективности бензо-диазепинов, селективных ингибиторов обратного захвата серотонина (СИОЗС), селективных ингибиторов обратного захвата серотонина и норадреналина (СИОЗСН), трициклических антидепрессантов (ТЦА) или ингибиторов моноаминоксидазы (ИМАО). Несмотря на приблизительно равную клиническую эффективность, перечисленные группы лекарственных средств имеют очевидные различия по предназначению и переносимости, что позволяет провести разграничения как между бензодиазепинами и любыми антидепрессантами, так и между различными группами антидепрессантов.

Бензодиазепины сопоставимы с антидепрессантами в лечении панического расстройства по основным конечным терапевтическим точкам, включая частоту панических атак, глобальную тревогу и агорафобическое избегание [10]. Бензодиазепины характеризуются быстрым наступлением фармакологического действия, что определяет их успешное применение для предотвращения и обрыва панической атаки. Оборотной стороной быстрых эффектов бензодиазепинов служит возможное состояние отмены с усилением тревоги при прекращении их действия. Бензодиазепины могут добавляться к антидепрессантам в первые недели лечения до появления терапевтических эффектов последних с целью облегчения состояния пациентов [11].

Продолжительный прием бензодиазепинов нежелателен из-за их неблагоприятного влияния на нейромото-рику и когнитивные функции, а также определенного риска пристрастия и зависимости.

Терапевтический потенциал бензодиазепинов при лечении панического расстройства с сопутствующими расстройствами настроения может оцениваться двояким образом: с одной стороны, устраняя тревогу, бензодиазепины проигрывают антидепрессантам в возможности воздействия на коморбидную депрессию (антидепрессанты оказывают терапевтическое влияние на оба типа расстройств), а с другой стороны, именно благодаря отсутствию тимоана-лептического эффекта бензодиазепины лишены способности вызывать маниакальное состояние у пациентов, склонных к биполярному аффективному расстройству.

Считается, что все бензодиазепины обладают сходной эффективностью в лечении панического расстройства при назначении в достаточно высоких дозах [12], однако в большинстве клинических руководств в первую очередь специфическими «противопаническими» свойствами наделяются алпразолам и клоназепам [13, 14].

В настоящее время в российской практике доступны три транквилизатора бензодиазепинового ряда, пригодные для лечения панического расстройства: уже упомянутые выше алпразолам и клоназепам, а также феназепам2.

Алпразолам обладает доказанной способностью предупреждать и обрывать паническую атаку и может применяться непродолжительными курсами [14]. К числу недостатков алпразолама относится способность вызывать пристрастие и зависимость, что связано с быстротой наступления его фармакологических эффектов. Высокий наркогенный потенциал алпразолама и частота его немедицинского употребления служат причиной того, что данный препарат наряду с оксикодоном и гидрокодоном3, входит в триаду лекарственных средств, передозировка которых может стать причиной смерти [15].

Клоназепам в первую очередь используется в лечении миоклонической эпилепсии4; вторым показанием к его применению служит паническое расстройство. Подобно алпразоламу, клоназепам эффективно предупреждает и купирует приступы паники, проявляя при этом более выраженное седативное действие.

Применение алпразолама и клоназепама в российской клинической практике существенно затруднено в связи с особыми правилами их хранения и отпуска из аптек.

Феназепам является оригинальным отечественным производным бензодиазепина, в течение многих десятилетий используемым в лечении тревоги и связанных с ней расстройств. Феназепам проявляет сильное анксиолити-ческое действие, позволяя добиться редукции тревоги и существенного улучшения состояния пациентов с тревожными расстройствами не менее чем в 50% случаев и умеренного улучшения — в каждом четвертом случае [16]. В соответствии с данными исследования А.А. Прибытко-ва [17], феназепам сопоставим с сертралином по эффективности лечения соматоформных расстройств, а комбинация их позволяет добиться более быстрого улучшения состояния пациентов с соматоформными расстройствами, чем монотерапия сертралином. Наряду с лечением тревоги феназепам назначают с целью смягчения состояния отмены алкоголя, а также для предупреждения и лечения алкогольного делирия. Кроме того, благодаря выраженному анксиолитическому действию феназепам усиливает действие нейролептиков в лечении острых психозов, сопровождающихся сильной тревогой, в том числе психозов у больных шизофренией.

Низкий наркогенный потенциал определяет относительную безопасность феназепама при лечении панического расстройства и других расстройств, связанных с тревогой5.

Безусловным практическим преимуществом феназе-пама, в сравнении с алпразоламом и клоназепамом, является обычный порядок хранения и облегченный отпуск из аптек, что значительно упрощает его применение в клинической практике по сравнению с двумя упомянутыми транквилизаторами.

В отличие от бензодиазепинов, антидепрессанты при однократном приеме или в начале терапии не способны предотвратить или оборвать паническую атаку. Более того, в первые дни лечения антидепрессанты (особенно в чрезмерной начальной дозе) могут вызвать или усилить тревогу и нарушения сна и даже послужить причиной новой панической атаки, что, по-видимому, объясняется резким усилением нейротрансмиссии серотонина. Вместе с тем продолжительный прием современных антидепрессантов в 70—80% случаев приводит к выраженному ослаблению, значительному уменьшению частоты либо полному исчезновению панических атак при существенно меньшем в сравнении с бензодиазепинами неблагоприятном влиянии на нейромоторику и другие церебральные и психические функции [18].

ТЦА, ИМАО, СИОЗС и СИОЗСН проявляют приблизительно равную эффективность в лечении панического расстройства6, но при этом наименьшей частотой побочных эффектов и наиболее высокой переносимостью характеризуются СИОЗС, что позволяет рассматривать последние в качестве препаратов первой линии в лечении не только панических состояний, но и любых психических нарушений, представляющих показания к назначению антидепрессантов, в том числе депрессии и всего спектра расстройств, связанных с тревогой [1, 13, 14].

В соответствии с мнением ряда авторов [18, 19], именно при паническом расстройстве (но не при других тревожных состояниях) средствами лечения первой линии следует считать СИОЗС плюс венлафаксин, относящийся к категории СИОЗСН, при том, что в целом СИОЗСН несколько уступают СИОЗС по переносимости при близкой клинической эффективности. Помимо перечисленных препаратов, определенную эффективность в лечении панического расстройства проявляют антидепрессанты других фармакологических групп, в том числе миртазапин, агомелатин и вортиоксетин [20—22].

Бесспорным достоинством антидепрессантов является способность в качестве средства монотерапии оказывать влияние как на паническое расстройство, так и на сопутствующие ему психические нарушения, в том числе агорафобию, другие расстройства, связанные с тревогой, и депрессию.

Определенные перспективы в лечении панического расстройства связывают с модуляторами кальциевых каналов — габапентином и прегабалином [22—24], хотя убедительных данных о сопоставимости клинических эффектов этих препаратов с клиническими эффектами бен-зодиазепинов и антидепрессантов до сих пор не получено.

В случаях фармакорезистентных панических расстройств применяют антипсихотики. В частности, сообщается [25, 26] об отличной от плацебо эффективности рисперидона и арипипразола в лечении рефрактерных тревожных расстройств, в том числе панического расстройства. В связи с этим была разработана стратегия увеличения недостаточного терапевтического эффекта средств лечения первой линии с помощью атипичных ан-типсихотиков. Следует учитывать, что, несмотря на способность антипсихотиков усиливать эффекты бензодиа-зепинов и антидепрессантов, данные препараты ни в коем случае нельзя использовать в качестве средств первого выбора в лечении панического расстройства, что, к сожалению, нередко наблюдается в российской психиатрической практике.

Наряду с психофармакологическими подходами в лечении панического расстройства применяется психотерапия.

В Кохрейновском обзоре, основанном на метаанали-зе рандомизированных контролируемых испытаний по данным 16 исследований, отобранных из четырех ресурсов (Cochrane Central Register of Controlled Trials, MEDLINE, Embase и PsycINFO), H. Imai и соавт. [27] сообщают об отсутствии различий в эффективности психотерапии в сравнении с СИОЗС, ТЦА, другими антидепрессантами, бензодиазепинами, а также с монотерапией антидепрессантами либо с сочетанием антидепрессантов и бензодиазепинов. Авторы сообщают о необходимости проведения дальнейших исследований в данном направлении и высказывают предположение, что психотерапия, подкрепленная антидепрессантами, может оказаться эффективнее психотерапии без назначения лекарственных средств.

В соответствии с другой точкой зрения [28], основанной на анализе результатов лечения 150 пациентов с паническим расстройством как сопровождавшимся, так и не сопровождавшимся агорафобией различной степени тяжести, эффективность комбинации когнитивно-поведенческой терапии (КПТ) в сочетании с СИОЗС лишь в небольшой степени превосходит эффективность изолированной КПТ. Отмечено, что действие КПТ наступает позже, чем эффект КПТ + СИОЗС либо СИОЗС, и прекращается несколько раньше. Результаты этого и некоторых других исследований [29, 30] позволяют считать сочетание фармакотерапии и КПТ лучшим подходом к лечению панического расстройства.

Определенный противовес фармакотерапевтической концепции лечения панических состояний представляет утверждение [31] о том, что средством первой линии в лечении панического расстройства является КПТ, и лишь в условиях отсутствия либо ограничения доступности данного метода следует назначать лекарственные средства, однако данный постулат до сих пор не получил надлежащего научного подтверждения.

Таким образом, паническое расстройство характеризуется достаточной распространенностью, высокой частотой коморбидности с другими психическими нарушениями и нередко проявляется неврологическими и висцеральными симптомами, что служит причиной частого обращения пациентов к неврологам и интернистам.

Доказанной клинической эффективностью в лечении панического расстройства обладают бензодиазепины и антидепрессанты, причем первые скорее предназначены для предотвращения и обрыва панических атак, а вторые предпочтительны для продолжительного лечения.

Антидепрессантами первой линии в лечении панического расстройства (равно как других расстройств, ассоциированных с тревогой, и депрессии), в связи с оптимальным соотношением эффективности и переносимости, являются СИОЗС; при необходимости могут использоваться антидепрессанты других фармакологических групп.

При недостаточно успешном лечении панического расстройства средствами первой линии их эффекты усиливаются с помощью атипичных антипсихотиков.

Определенную альтернативу антидепрессантам и дополнение к ним в лечении панического расстройства представляет психотерапия, методом первого выбора которой служит КПТ.

Конфликт интересов: статья подготовлена при поддержке фармацевтической компании «Валента».

1Диагностика панического расстройства по МКБ-10 здесь не рассматривается в связи с ожидаемым появлением следующей, 11-й, версии классификатора; кроме того, критерии DSM-5, по мнению автора статьи, отличаются большей ясностью и в большей степени соответствуют клинической реальности, чем критерии МКБ-10.
2Сибазон, генерический препарат диазепама, в данной статье не рассматривается.
3Оксикодон и гидрокодон относятся к опиоидным анальгетикам и разрешены к применению в США для амбулаторного лечения хронических болей.
4Широкое применение клоназепама в отечественной эпилептологии, выходящее за рамки его назначения при миоклонической эпилепсии, некоторые эксперты считают неоправданным.
5Сочетанное употребление алкоголя и феназепама в случаях осложненной алкогольной зависимости чаще всего развивается у пациентов тревожно-ипохондрического склада и, как это обычно происходит с бензодиазепи-нами, отражает медицинскую потребность в избавлении от тревоги и бессонницы.
6Первыми антидепрессантами, продемонстрировавшими клиническую эффективность в лечении панического расстройства, оказались типичный представитель ТЦА имипрамин и фенелзин, относящийся к ИМАО.

ЛИТЕРАТУРА

1. Semple D, Smyth R. Oxford Handbook of Psychiatry (Third Edition). Oxford: Oxford University Press; 2013.
2. de Jonge P, Roest AM, Lim CC, Florescu SE, Bromet EJ, Stein DJ, Harris M, Nakov V, Caldas-de-Almeida JM, Levinson D, Al-Hamzawi AO, Haro JM, Viana MC, Borges G, O'Neill S, de Girolamo G, Demytten-aere K, Gureje O, Iwata N, Lee S, Hu C, Karam A, Moskalewicz J, Kovess-Masfety V, Navarro-Mateu F, Browne MO, Piazza M, Posada-Villa J, Torres Y, Ten Have ML, Kessler RC, Scott KM. Cross-national epidemiology of panic disorder and panic attacks in the world mental health surveys. Depress Anxiety. 2016. doi: 10.1002/da.22572
3. Kessler RC, Chiu WT, Jin R, Ruscio AM, Shear K, Walters EE. The epidemiology of panic attacks, panic disorder, and agoraphobia in the National Comorbidity Survey Replication. Arch Gen Psychiatry. 2006;63(4):415-424. doi: 10.1001/archpsyc.63.4.415
4. Black DW, Andreasen NC. Introductory Textbook of Psychiatry (Sixth Edition). Arlington: American Psychiatric Publishing; 2014.
5. Carleton RN. The intolerance of uncertainty construct in the context of anxiety disorders: theoretical and practical perspectives. Expert Rev Neu-rother. 2012;12(8):937-947.doi: 10.1586/ern.12.82
6. Michel NM, Rowa K, Young L, McCabe RE. Emotional distress tolerance across anxiety disorders. J Anxiety Disord. 2016;40:94-103.doi: 10.1016/j.janxdis.2016.04.009
7. Osma Lopez J, Barrada Gonzalez JR, Garcfa-Palacios A, Botella Arbo-na C. Influence of vulnerability factors in panic disorder severity. Psicothe-ma. 2016;28(2):167-173.doi: 10.7334/psicothema2015.223
8. Shihata S, McEvoy PM, Mullan BA. Pathways from uncertainty to anxiety: an evaluation of a hierarchical model of trait and disorder-specific intolerance of uncertainty on anxiety disorder symptoms. J Anxiety Disord.2016;45:72-79.doi: 10.1016/j.janxdis.2016.12.001
9. Diagnostic and Statistical Manual of Mental Disorders: DSM-5. Fifth Edition. Washington, D.C.: American Psychiatric Association; 2013.
10. den Boer JA, Slaap BR. Review of current treatment in panic disorder. Int Clin Psychopharmacol. 1998;13(suppl 4):25-30.
11. Lader M. Management of panic disorder. Expert Rev Neurother. 2005;5(2):259-266.doi: 10.1586/14737175.5.2.259
12. Schatzberg A, DeBattista C. Manual of Clinical Psychopharmacology (Eight Edition). Washington, DC: American Psychiatric Publishing; 2015.
13. Anxiety Disorders: Panic Disorder and Social Anxiety Disorder (Edited by D. Nutt and J. Ballenger). Oxford: Wiley-Blackwell; 2005.
14. Taylor D, Paton C, Kapur S. The Maudsley Prescribing Guidelines in Psychiatry (Eleventh Edition). Chichester: Wiley-Blackwell; 2012.
15. Hirsh A, Proescholdbell SK, Bronson W, Dasgupta N. Prescription histories and dose strengths associated with overdose deaths. Pain Med.2014;15(7):1187-1195.
16. Сюняков С.А., Телешова Е.С. Феназепам — эффективный бензодиа-зепиновый анксиолитик при терапии психических нарушений пограничного уровня. Психиатрия и психофармакотерапия. 2013;6:42-47.
17. Прибытков А.А. Эффективность бензодиазепинов и низкопотент-ных антипсихотиков в качестве адъювантной терапии соматоформных расстройств. Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова.
2016;116(5):52-56.doi: 10.17116/jnevro20161165152-56
18. Batelaan NM, Van Balkom AJ, Stein DJ. Evidence-based pharmacotherapy of panic disorder: an update. Int JNeuropsychopharmacol. 2012;15(3):403-415.doi: 10.1017/S1461145711000800
19. Andrisano C, Chiesa A, Serretti A. Newer antidepressants and panic disorder: a meta-analysis. Int Clin Psychopharmacol. 2013;28(1):33-45.doi: 10.1097/YIC.0b013e32835a5d2e
20. Serretti A, Chiesa A, Calati R, Perna G, Bellodi L, De Ronchi D. Novel antidepressants and panic disorder: evidence beyond current guidelines. Neuropsychobiology. 2011;63(1):1-7.doi: 10.1159/000321831
21. Freire RC, Machado S, Arias-Carrion O, Nardi AE. Current pharmacological interventions in panic disorder. CNS Neurol Disord Drug Targets.2014;13(6):1057-1065.
22. Perna G, Alciati A, Riva A, Micieli W, Caldirola D. Long-term pharmacological treatments of anxiety disorders: an updated systematic review. Curr Psychiatry Rep. 2016;18(3):23. doi: 10.1007/s11920-016-0668-3
23. Montgomery S, Emir B, Haswell H, Prieto R. Long-term treatment of anxiety disorders with pregabalin: a 1 year open-label study of safety and tolerability. Curr Med Res Opin. 2013;29(10):1223-1230. doi: 10.1185/03007995.2013.820694
24. Zwanzger P. Pharmacotherapy of Anxiety Disorders. Fortschr Neurol Psychiatr. 2016;84(5):306-314. doi: 10.1055/s-0042-106764
25. Hoge EA, Worthington JJ 3rd, Kaufman RE, Delong HR, Pollack MH,Simon NM. Aripiprazole as augmentation treatment of refractory generalized anxiety disorder and panic disorder. CNS Spectr. 2008;13(6):522-527.
26. Simon NM, Hoge EA, Fischmann D, Worthington JJ, Christian KM, Kin-rys G, Pollack MH. An open-label trial of risperidone augmentation for refractory anxiety disorders. J Clin Psychiatry. 2006;67(3):381-385.
27. Imai H, Tajika A, Chen P, Pompoli A, Furukawa TA. Psychological therapies versus pharmacological interventions for panic disorder with or without agoraphobia in adults. Cochrane Database Syst Rev. 2016;10:CD011170.doi: 10.1002/14651858.CD011170.pub2
28. van Apeldoorn FJ, Timmerman ME, Mersch PP, van Hout WJ, Visser S, van Dyck R, den Boer JA. A randomized trial of cognitive-behavioral therapy or selective serotonin reuptake inhibitor or both combined for panic disorder with or without agoraphobia: treatment results through 1-year follow-up. J Clin Psychiatry. 2010;71(5):574-586.doi: 10.4088/JCP.08m04681blu
29. Pollack MH, Allgulander C, Bandelow B, Cassano GB, Greist JH, Hollander E, Nutt DJ, Okasha A, Swinson RP. World Council of Anxiety. WCA recommendations for the long-term treatment of panic disorder. CNS Spec-tr. 2003;8(8 suppl 1):17-30.
30. Bandelow B, Baldwin DS, Zwanzger P. Pharmacological treatment of panic disorder. Mod Trends Pharmacopsychiatri. 2013;29:128-143.doi: 10.1159/000351953
31. Foldes-Busque G, Marchand A, Landry P. Early detection and treatment of panic disorder with or without agoraphobia: update. Can Fam Physician.2007;53(10):1686-1693.

6 июня 2017 г.

МЕДИ РУ в: МЕДИ РУ на YouTube МЕДИ РУ в Twitter МЕДИ РУ на FaceBook МЕДИ РУ вКонтакте Рейтинг@Mail.ru